Но даже когда она оказалась далеко от приюта, чувство тяжести не покидало её. Что-то изменилось. Она чувствовала это в каждом шаге, в каждом вдохе.
***
Дома Анна пыталась успокоиться. Она приняла душ, заварила чашку чая и села на диван с дневником воспитательницы. Ей нужно было понять, что происходит и как это остановить. Но тишина в квартире была слишком громкой. Её мысли путались, а глаза то и дело возвращались к зеркалу в прихожей, от которого она давно планировала избавиться, но почему-то до сих пор этого не сделала.
Теперь зеркало казалось ей чужим, его поверхность была слишком гладкой, а отражение — слишком неподвижным.
Анна отвернулась от него и открыла дневник. Она пролистала страницы, надеясь найти хоть какую-то подсказку.
"Он теперь часть меня… Он шепчет мне во сне… Я больше не могу сопротивляться…"
Эти строки заставили её сердце сжаться. Она понимала, что эта сущность использует слабости своих жертв, их страхи и мысли. Она манипулирует ими, пока они полностью не теряют себя.
"Зеркало — его врата… Но есть способ закрыть их навсегда…"
Анна замерла. Её взгляд остановился на этой записи. Но дальше текст становился нечитаемым, чернила размазались или были стёрты временем.
Она закрыла дневник и почувствовала холодный порыв ветра. Окно было закрыто, но шторы слегка колыхались. Её взгляд снова упал на зеркало в прихожей.
В отражении она увидела себя… но её отражение улыбалось.
***
На следующий день Анна решила найти кого-то, кто мог бы помочь ей разобраться в истории приюта и возможно в происходящем. Она вспомнила о местном историке — мужчине по имени Виктор Сергеевич. Он часто выступал на школьных мероприятиях с лекциями о прошлом города и его окрестностях. Анна слышала, что он изучал историю заброшенного приюта.
Она позвонила ему утром и договорилась встретиться в его доме.
Виктор Сергеевич жил в старом деревянном доме на окраине города. Когда Анна постучала в дверь, он открыл почти сразу — высокий мужчина с седыми волосами и строгими чертами лица. Его глаза были внимательными и немного настороженными.
— Анна Петровна? Проходите, — сказал он сухо, жестом приглашая её внутрь.
Его дом был заставлен книгами и бумагами. На стенах висели старые фотографии города, улицы начала прошлого века, здания, которых уже давно не существовало.
— Вы сказали по телефону, что хотите узнать о приюте? — начал он, усаживаясь напротив неё за тяжёлым дубовым столом.
Анна кивнула.
— Да… Я думаю… я думаю, что там происходит что-то странное. Что-то… злое.
Виктор Сергеевич внимательно посмотрел на неё.
— Вы не первая приходите ко мне с такими словами. Этот приют всегда был источником слухов и страхов у местных жителей. Но боюсь, правда куда хуже любых легенд.
Он достал из шкафа старую папку и положил её перед Анной.
— Это всё, что мне удалось собрать о приюте за годы исследований. Газетные вырезки, архивные записи… И кое-что ещё.
Он открыл папку и показал ей фотографию воспитательницы приюта — женщины с холодным взглядом и строгим лицом.
— Её звали Мария Васильевна Климова. Она была уважаемой женщиной до тех пор, пока люди не начали замечать странности в её поведении… А потом начали пропадать дети.
Анна почувствовала холод, пробежавший по спине.
— Вы знаете что-нибудь о зеркале? — спросила она тихо.
Виктор Сергеевич нахмурился.
— Зеркало? Да… Ходят слухи, что оно было частью ритуала. Говорят, Мария вызвала через него существо из другого мира — демона или духа… Никто точно не знает. Но после этого начались исчезновения детей… А потом случился пожар.
Он замолчал на мгновение и добавил:
— Если вы видели это зеркало… вам нужно быть осторожной. Оно связывает миры между собой. И если эта сущность вышла из него… она может следовать за вами куда угодно.
Анна почувствовала слабость в ногах.
— Есть ли способ остановить всё это? Ведь дети пропадали и после пожара, это необходимо остановить! — сказала она почти шёпотом.
Виктор Сергеевич задумался.
— Я думаю, в дневниках Климовой должно было быть подобное, но это всего лишь предположения. Да и где эти дневники сейчас, возможно их и нет уже давно. Я считаю, если что-то проникло через зеркало, то и уйти оно может только туда.
Анна поблагодарила Виктора Сергеевича за информацию и отправилась домой.
Домой она вернулась поздно вечером. Её голова была переполнена мыслями о том, что рассказал Виктор Сергеевич. Она понимала, у неё нет другого выбора. Если она хочет прекратить всё это раз и навсегда, ей придётся вернуться туда снова — к зеркалу. Ей этого больше всего не хотелось, но чем больше она думала, тем сильнее убеждалась в том, что другого пути нет. Кроме того, об этом также говорила одна из записей в дневнике, на которую она только что наткнулась: “Если оно за зеркалом, после ритуала изгнания, то можно попытаться разбить его, оставив там навсегда.” Дальше шло краткое описание ритуала.