— Тиан, что там…
Граф обернулся. Темно-синие глаза его почернели, лицо исказила судорога. Казалось, что ему сейчас станет плохо, и он просто рухнет на пол.
— Откуда, — измененным до неузнаваемости голосом произнес Кристиан, поднимая руку с зажатым в ней предметом, — откуда у этой твари ритуальная чаша моего рода?
Рейджен замер. Чаша в самом деле была. Странная, изготовленная из непонятного бледно-красного материала, без каких-либо украшений, за исключением тонкой витой гравировки по самому ободку. Рейджен уже видел такие штуки — несколько из них хранились в лаборатории графа в Дорване. Они принадлежали Вандорам — проклятому княжескому роду магов-некромантов, обладающих в свое время такой силой, что смогли уничтожить за один раз целое княжество.
— Все хуже, чем мы думали, — упавшим голосом произнес Кристиан. — Я не справлюсь с этой тварью. А она… она не остановится пока…
Договаривать ему смысла не было. Рейджен не был магом. Он мало что знал о магии и ритуалах, но одного знания о том, что Орин владела предметом, принадлежавшем некогда Вандорам, хватило, чтобы оценить ситуацию.
— Поднимайте всех! — рявкнул он, оборачиваясь к Дорине. — Гостей, слуг, всех! И убирайтесь из Сайриша. Немедленно! В кратчайшие сроки вас здесь быть не должно.
Дорина вздрогнула, и открыла рот, чтобы возразить или быть может снова начать приставать с расспросами, Кристина так и вовсе округлила глаза от удивления и переводила ошарашенный взгляд с мужчин на хозяйку поместья.
— Сразу надо понять, кого она выбрала в качестве жертвы, — тихо внес предложение Кристиан.
Дорина побледнела. Рейджен никогда не видел такого — краска просто сошла с ее лица, словно ее смыли потоком воды, глаза запали, скулы вдруг заострились. Ееще минуту назад цветущая женщина превратилась в старуху на глазах у изумленных свидетелей. Даже волосы шииссы Найтвиль поседели в мгновение. А губы стали синими.
— Арнод, — едва слышно простонала Дорина и резко развернувшись, бросилась на выход из спальни Орин.
Кристина осталась стоять. На ее лице появилась странная улыбка. Она смотрела на Рейджена, будто видела нечто большее, чем все остальные.
— В чем дело, шиисса ШиСатро? — поинтересовался Рейджен, чтобы прервать уже затянувшееся молчание и, наконец-то, заняться тем, к чему рвалась душа, чего требовало все его существо.
Рейджену претило бездействие, его раздражала необходимость оставаться вдали от того, что сейчас происходило внизу, в подземелье, оставшемся от древнего мага. Его толкала вперед не столько злость, сколько жажда мести. Анна. Она мертва или умирает. Возможно, сейчас она на грани и почти готова переступить ее, отправиться в мир, принадлежащий темному богу мертвых Шарху.
— Мне интересно, — пропела Кристина, не собирающаяся сдаваться, — по какому праву вы распоряжаетесь?
— Может, по праву того, кто знает, что происходит в этом доме? — слишком резко отозвался Рейджен. Играть в непонятные игры с этой женщиной, он не собирался.
В этот момент в коридоре хлопнула дверь, а затем раздался звук шагов. Рейджен поморщился, предчувствуя стычку с пасынком Дорины. Меньше всего сейчас ему хотелось выслушивать разглагольствования шиисса Найтвиля и его нравоучения. Объясняться в очередной раз еще и с этим недалеким шииссом, Рейджену не хотелось. Но в дверном проеме, позади Кристины появился вовсе не шиисс Найтвиль, а ШиСатро.
— Что здесь происходит? — задал он самый популярный вопрос за последние несколько минут. — Кристина? Шиисс ШиЛарон? — в этот момент его взгляд упал на графа и ШиСатро нахмурился. — А вы кто такой? Что вы делаете в этом доме? По какому праву шумите, мешая спать хозяевам? Кто вас впустил?
Кристиан не удосужился даже посмотреть на шиисса, продолжая методично рассматривать шкатулку Орин. Он все еще надеялся найти что-либо указывающее на то, как можно победить черную ведьму и остаться в живых.
— А вы уже причислили себя к хозяевам? — не удержался от сарказма Рейджен. Его злила вся эта ситуация, и то, что вместо того, чтобы действовать, броситься за ведьмой и уничтожить ее или погибнуть, приходится терять время на никчемные разговоры.
— Шиисс ШиЛарон… — начал ШиСатро, но Рейджен перебил его.
Он стремительно приблизился к мужчине и, окинув презрительным взглядом как самого шиисса так и Кристину, процедил сквозь зубы:
— Я не намерен терять время и в чем-то перед вами отчитываться. Дело ваше, если хотите расстаться с жизнью, пожертвовав ею во благо черной ведьмы — кто я, чтобы вам мешать? Но, если станете у меня на пути, подумайте. Я знаю, кто вы и знаю, что она, — кивок в сторону Кристины, — никакая вам не дочь. Любовница? Жена? Мне нет до этого дела, но, клянусь богиней, посмейте помешать мне и тогда я буду преследовать вас до последнего своего вздоха. И тюрьмой вы не отделаетесь.