Анна была такой счастливой. Все утро улыбалась, и серые глаза ее сверкали точно драгоценные камни. Он не мог отвести от нее взгляда, следил за ней глазами, поворачивался в ту сторону, где она была, только бы не упустить ее из своего поля зрения.
Вряд ли кто-то из тех, с кем он сталкивался за это утро, не понял, что произошло на самом деле. Даже Кристиан не утерпел и высказал другу свое одобрение.
— Я могу тебя поздравить, — граф приблизился как всегда неслышно и сжал плечо друга. — Ты наконец-то одумался. Я рад за тебя.
— Я совершил самую большую ошибку, — недовольно скривился Рейджен. — Это все совсем не вовремя.
— Любовь никогда не приходит вовремя, — философски отозвался граф. — И ты будешь дураком, если упустишь свой шанс. Второго может и не быть.
— Я подставляю ее под удар. Марат не упустит такой возможности, не пройдет мимо, зная, что может задеть меня. А я никогда не прощу себе, если с Анной что-нибудь случится. Просто не прощу.
— Так не допускай этого, — отмахнулся граф. — И перестань во всем видеть только плохое. Я рад за тебя, рад, что ты наконец-то возвращаешься к жизни. И эта девушка… она удивительно тебе подходит.
— Вот как? — фыркнул Рейджен. — И как ты это понял? По каким признакам определил?
— По тому, как сейчас сверкают ее глаза и по тому, что ты вот уже полчаса хмуришься. Все те полчаса, что она провела в комнатах Дорины Найтвиль. Ты уже не можешь без нее, а что будет дальше? — Кристиана было не так-то легко сбить с толку.
Рейджен лишь покачал головой в ответ, но понял что друг прав. Во всем прав. Он стоит в этом коридоре вот уже Шарх знает сколько времени и не сводит взгляда с двери, за которой скрылась Анна, решившая попрощаться со своей бывшей работодательницей. Он передернул плечами и отвернулся, вынуждая себя смотреть в окно.
Кристиан понял маневр и фыркнул весело. Благо еще, что решил больше ничего не говорить. Но этого и не требовалось.
Но короткого разговора с графом не хватило для того, чтобы Рейджен изменил свою точку зрения. Он по-прежнему был уверен в том, что не стоило так открыто проявлять свое отношение к Анне. А в том, что Марат не преминет воспользоваться единственной слабостью Ветра, сомнений не возникало. Не зря, ох не зря, Призраки появились в Гроапе. Они пришли сюда по его, Рейджена, следам. Теперь осталось лишь выждать немного и посмотреть, к чему все это приведет. Именно так он бы и поступил, если бы не Анна.
Рейджен бросил очередной взгляд на девушку и, решившись, пересел к ней поближе. Взял ее ладошку, лежащую на коленях в свои руки. Анна счастливо улыбнулась в ответ.
— Не жалеешь? — тихо спросил Рейджен, хотя и знал, что она на это скажет. Просто, где-то глубоко внутри у него все еще тлела слабая надежда на то, что она передумает, испугается, снова захочет убежать от него подальше. И тогда он, со спокойной душой, поручит заботу о ней Кристиану, отошлет в Дорван, где она уж точно будет в безопасности. А потом, когда разберется со своим прошлым, вернется и…
Но и в то же время, Рейджен не желал ее отказа. Ему нужно было знать, что она не отвернется, не испугается, не оставит его.
— Нет, — Анна уверенно покачала головой. — Нет, я не жалею и… и не пожалею. Никогда.
— Я рад.
Она лучезарно улыбнулась в ответ.
Глава 25
Путешествие Анна почти не запомнила. Дни слились в один сплошной поток. Постоялые дворы, на которых они останавливались, были похожи друг на друга и совершенно ничем не запоминались. Только погода радовала. Снегопады прекратились, все больше и больше было солнечных ясных дней. И пусть морозы все еще держались, приближение весны ощущалось все отчетливее.
Анна была счастлива. Она улыбалась, наслаждалась каждым прожитым мгновением, старательно отгоняла от себя тревожные мысли. Нет, на первый взгляд все было хорошо, замечательно даже. И на второй. И на третий. Все вообще было чудесно.
Рейджен уделял ей почти все свое время. Был нежен, внимателен и предупредителен. Анна никогда еще не получала столько мужского внимания, тепла, ласки. И ей это нравилось. Она упивалась ощущением собственной привлекательности.
Но и в то же время чувствовала некоторую отчужденность Рейджена. Он почти не оставлял ее одну, предугадывал и стремился выполнить любое ее желание — это да, но время от времени Анна ловила на себе его странный взгляд. И не могла его расшифровать.
Что это было? Настороженность? Недоверие? Страх?