Она приходила, садилась на землю, прислонялась спиной к мертвой коже хвойного дерева, закрывала глаза и сидела до рассвета. Эти несколько часов – все, что она могла себе позволить. Там, за чертой обережного круга, сотканного из боли и страха, ее ждали постоянные спутники. Души некогда живших здесь людей, так и не обретшие покой. Они ярились, бросались к Берте в надежде добраться, нашептать свои страшные тайны, поделиться грузом воспоминаний. Мертвая земля не пускала, и души злились, кружили голодным вороньем, пытающимся добраться до добычи. Тщетно. И Берта блаженно улыбалась, не в силах скрыть облегчения.
Источник Кэтленда, раскинувший под землей свои паучьи сети, делился силой и уверенностью. Он тянулся к Берте через выжженную землю, пробрасывал тонкие ростки, и девочка слушала его, прислоняясь ухом к утоптанному мху, как степенно струится магия по хрупким венам волшебной жилы. Раньше матушка уверяла, что Берта подчинит источник, наполнит его магией из собственного нутра. Отец усмехался и качал головой, но с матушкой спорить не решался. Или же просто оставил ей надежду, что женщина из рода Морелл сильнее прочих и сможет управлять наследной мощью.
Матушка водила ее к сердцу рода. Источник Кэтленда жил в каменистом ущелье под скалой, на которой высился родовой замок. Чтобы спуститься к нему, нужно было преодолеть двести пять крутых ступеней, узкий перешеек, о который неистово бились волны Моря Убийцы, и который был виден лишь в часы отлива. Матильда вела Берту по осклизлым камням, держась за истрепавшиеся временем деревянные поручни, прикрепленные к вбитым в скалу металлическим опорам. Они преодолевали мрачную пасть пещеры через врата, называемые в народе Кошачьей Пастью, состоящей из торчащих из пола и потолка острых каменных “зубов”, спускались в недра горы по узкому коридору, петляющему меж скал.
Матушка уверенно ступала по святилищу рода Морелл, не испытывая, казалось, ни страха, ни благоговения. Она будто родилась в этом краю, пахнущем морем и солью, хвойной смолой и рыбой. Берта же чувствовала отчуждение непокорного источника, отказ подчиниться девочке. Но Матильда считала иначе, она полагала, что упорство и мастерство поможет сделать дочь настоящей наследницей… Однако все ее попытки и ритуалы оказались тщетными – источник отказывался слушаться Берту.
Разве не ирония судьбы, что она слышит его теперь, когда точно знает, что ее ждет? Впрочем, нет ничего плохого в том, чтобы следовать своему предназначению…
Души за пределами магического круга с Бертой согласились. Они тянули свои темные полупрозрачные руки, стараясь коснуться волшебства, спрятанного в Берте. Шипели беззвучно, что от судьбы не уйдешь. Что ей не следует прятаться от правды, какой бы страшной она ни была.
Они не понимали, что Берте нужна передышка.
Она вздохнула и запрокинула голову, подставляя лицо сереющему небу. И постаралась не думать о будущем, на которое ей придется повлиять. Волшебство, живущее в Берте, тянулось к другим крупицам такого же волшебства, разбросанным по миру. Она чувствовала суть его, живую, трепещущую, запертую в клетке. И ласковые руки женщины, освобождающей эту суть.
Наверное, Берта уснула, укутанная в теплый плащ, потому что ей мерещилось, что эта женщина сидит рядом с ней. Она обнажена, а серебристые волосы ее рассыпаны по плечам, мягкие и гладкие, как шелк. Голова Берты покоится у нее на плече, незнакомка гладит ее по голове, и боль отступает. Когда она рядом, шепот душ не пугает Берту. Женщина, подобно подземному источнику Кэтленда, наполнена магией. Магия пульсирует, вырываясь из тонких пальцев, искрится и переливается, осыпаясь на выжженную землю. Берта смотрит на искры и представляет себя на небесах, среди ослепительных звезд.
Женщина, обнимающая Берту, похожа на духа Матери. Берта хочет воззвать к ней правильно, но забыла слова молитвы. Потому она говорит то, что приходит в голову.
– Я хочу быть сильной, как ты.
Шепот ее прячется в черных искривленных ветвях. Где-то в небе расцветает огромный огненный цветок.
– Ты сильнее, – с улыбкой отвечает среброволосая леди. Вернее, не леди, но… об этом никто не должен знать. Берта улыбается – она умеет хранить секреты.