– Юлдуз. Столица. Тебе нужен новый одежда – отец ждать. Ты отнимать время. Отец не любить, когда брать его время.
Сердце Ульрика на миг остановилось, а затем забилось быстро-быстро. Скоро он встретится с императором и станет на шаг ближе к заветной мечте. Когда орды степняков войдут в Вайддел, прокатятся по телу страны копытами своих лошадей, Ульрик получит назад родовой замок.
– Передай его императорскому величеству, мне жаль, что так вышло. И что я готов загладить свою вину.
– Загладишь, – кивнула Сан-Мио, и ее глаза опасно сверкнули.
От жары путники, как и прочие зажиточные горожане, прятались в плотно завешенном занавесками паланкине, жерди которых держали на плечах четверо мускулистых бронзовокожих рабов. Их обнаженные торсы блестели от масла, вокруг бедер были намотаны красные повязки с тиснением: золотые солнца в окружении серебряных звезд.
Ульрик позабыл ночной кошмар и с интересом пялился на проплывающие мимо дома из белого камня, на мраморные статуи Огненного духа – единого идола, которому поклонялись все народы Ошосмора, на гвардейцев в золотых масках и белоснежных юбках, вышагивающих по раскаленным камням мостовой. На обочине паслись нищие с протянутой рукой, и Сан-Мио пожертвовала пару медяков однорукой девочке лет семи.
Ульрик отвернулся, чтобы не оскорбить воительницу своим презрением. Сам он считал нищих паразитами общества. Вскоре оборванка вылетела у него из головы, как недавний сон про похищение, Литисия и степняк Хунбиш. С появлением в комнате Сан-Мио страхи Ульрика улеглись и теперь казались смешными, в голове обосновались пустота и легкость.
Лимонная вода прекрасно освежала и утоляла жажду, а город был хоть и зноен, но прекрасен. Белокаменные стены, округлые купола, украшенные золотом и серебром, выложенные цветной плиткой фонтаны, гранитные статуи обнаженных дев с корзинами на плечах, расписанные фресками стены. После восхождения Ра-аана на престол из завоеванных его войском территорий в столицу свозили самых талантливых мастеров, скульпторов и архитекторов. За последние двадцать лет Юлдуз превратился в прекраснейший город двух континентов. Во всяком случае, до Ульрика дошли такие слухи. Сейчас же он имел возможность насладиться видом самолично.
Дворец Солнцеликого был выстроен на холме Кави – одном из трех великих холмов Долины Ра, дорогу к нему вымостили амазонитом, и она зеленой змеей обнимала холм. Чтобы ступить на гладкий камень, по традиции следовало разуться, причем не только рабам, несущим носилки, но и господам. Обувь хранили на специальных стеллажах десяти футов в вышину каждый, для наполнения верхних полок императорские рабы пользовались приставными лесенками. Вместе с обувью полагалось сдать также оружие: великим грехом считалось осквернить землю Кави пролитой кровью.
Внизу, на подступах к крепостной стене, окружающей дворец, был разбит великолепный парк с зелеными газонами и амазонитовыми тропками, по сторонам которых росли апельсиновые деревья. Вызревшие плоды падали прямо в траву, истекая сладким соком и привлекая внимание желтых мохнатых пчел. Полуголые рабыни в широких льняных шароварах срывали плоды с деревьев и складывали в корзины из лозы. Бубенчики на их ошейниках мелодично позванивали, привлекая внимание Ульрика. Одна из рабынь остановилась перевести дух недалеко от тропы. Она оставила корзину в тени раскидистого дерева и вскинула руки, утирая вспотевший лоб. В штанах у колдуна стало тесно от вида спелых смуглых грудей с крупными сосками, от крутых широких бедер, от разгоряченной под солнцем кожи.
Он попытался вспомнить, как долго у него не было женщины, и ужаснулся, что в последний раз спускал в кого-то больше полугода назад. Возможно, Ра-аан будет любезен и предоставит дорогому гостю одну из своих знаменитых наложниц. Информация, которую Ульрик предоставит императору, стоит гораздо дороже упругой задницы и мягких сисек.
Сан-Мио, будто прочитав мысли колдуна, усмехнулась, но комментировать не стала.
Вскоре они преодолели золоченые ворота крепости, где их носилки подверглись тщательному досмотру императорских гвардейцев. Их провели во дворец в сопровождении двенадцати облаченных в кожу и сталь воинов самого сурового вида. Сердце Ульрика забилось быстро и неровно, ладони вспотели. Неужели наступил тот самый час, о котором он грезил столько месяцев?
Тронный зал императора ослеплял великолепием. Белая плитка пола, натертая до блеска, белоснежные стены и такие же колонны, увитые золотым плющом, мозаичные окна в пол. Свет проникал через тысячи разноцветных стекол, рисуя на полу чудные рисунки. Отблески наползали на обнаженные ступни Ульрика, завораживали. Прямо посреди зала был разбит небольшой сад с фонтаном и облепившими его скульптурами обнаженных девушек в соблазнительных позах, застывшими изваяниями среди кряжистых деревьев. Кроны были подстрижены в виде животных: огненный змей, изрыгающий пламя, лев в прыжке, скорпион с занесенным для удара жалом, жук-скарабей. Среди листвы порхали и щебетали небольшие пестрые птицы с длинными хвостами.