“Это безумие! Двенадцати дней не хватит, чтобы достичь самой северной точки Двуречья, – подумал Ульрик. – Даже если ветер будет благосклонен, одно только плавание займет месяц, не считая дороги по суше”.
– Вы не поплывете морем, – отозвался на его мысли император, и Ульрик невольно съежился под его пронзительным взглядом. – Есть тропы гораздо более короткие, и вы используете их. Ты добудешь мне мальчишку, а я снова сделаю тебя тем, кем ты был раньше. – Он склонился к охваченному страхом колдуну, и Ульрик мог поклясться, что в темном глазу зажглось безумие. – Готов встретиться с сильнейшим из своих страхов?
Роланд
– Мое государство наводнили некроманты!
Король стукнул кулаком по столу, и фигурки, выставленные на расстеленной карте континента, посыпались на пол. На багровом от гнева лице монарха проступили белые пятна, а на лбу вздулась кривая вена. Его громогласный голос отразился от каменных стен малого чертога, пламя факелов заплясало в кованых светильниках и массивных канделябрах.
Королева, замершая у двери, обняла принца Бэрдольфа за плечи и поморщилась. Мальчик же побледнел и вытянулся струной, его мутые светлые глаза расширились. От отца он не взял ничего: темные волосы, гладкие и редкие – материны. Ее же глаза, темные загнутые ресницы, неестественная худоба и едва теплящийся дар, которого хватило, чтобы пробудить королевский источник, но едва хватало, чтобы его подпитывать.
Королевские советники просчитались с выбором невесты для монарха? Роланд помнил богатую свадьбу и пышущую здоровьем юную принцессу Беатрис, младшую дочь правителя Эссирии. Ее сестра оказалась весьма плодовитой и родила уже пятерых сыновей… Королева же пока подарила Эридору лишь двоих детей: наследник оказался слабым магом, слишком слабым, чтобы удержать силу источника. Девочка пока была пуста, и никто не давал прогнозов насчет того, когда в ней проснется магия. И проснется ли вообще.
Королевский род Вайддела умирал…
– Вы пугаете мальчика, муж мой, – с холодной кротостью произнесла королева и взъерошила волосы сына.
– Он принц и наследник престола, – резко ответил Эридор, – и не должен пугаться, как баба! Посмотри на него – прилип к твоей юбке и дрожит. В его возрасте я уже умел держать учебный меч.
– Ему четыре, – напомнила королева. – И вы должны позаботиться о его безопасности. После смерти принца Петера вполне вероятны покушения на членов вашей семьи.
– Я удвоил охрану, за дверью его спальни дежурят шестеро гвардейцев, его еду проверяют на наличие яда, а по ночам рядом с его постелью дежурят няньки. Чего ты еще хочешь от меня, женщина?!
Королева опустила глаза.
– А теперь иди, – велел король. – Мне нужно поговорить с лордом Норбертом.
Беатрис резко развернулась, ее расшитые золотом юбки, зашелестев, обвились вокруг стройных ног. Вспыхнули алмазы, обильно усыпавшие сетку на темных волосах. Напоследок она бросила на Роланда яростный взгляд из-за плеча.
– Ты слишком строг с ней, она переживает за ребенка, – Роланд позволил себе вольность высказаться, когда дверь за ее величеством закрылась.
– К веллу ее! Она разбаловала моего сына. Видел, как он на меня смотрит?
– Он смотрит на тебя и видит монарха в ярости, – усмехнулся Роланд. – Тебе следует быть с ним помягче.
– Ты смеешь учить меня?! Меня, своего короля?
– Ни в коем случае, ваше величество. Прошу простить за дерзость.
Роланд поклонился, изображая смирение. Он знал, что гнев Эридора быстротечен, а король отходчив. К тому же его величество устал: синяки под глазами и тусклая кожа явно намекали, что за последние несколько суток спал он от силы часа четыре.
Который день лучшие военачальники государства проводили в этой комнате с утра и до заката, просчитывая стратегии и тактики. Высший военный совет из двенадцати лордов планировал оборону государства, но никто толком не понимал, чего именно им ждать и какова будет тактика противника. Август до сего дня никак не отреагировал на смерть принца, однако старший сын лорда Анборга, отправившегося с делегацией в Двуречье, чтобы принести глубочайшие извинения и выразить соболезнования несчастному отцу, все еще оставался пленником и гнил в одной из темниц Речного Дворца. Разведчики пропадали в плодородных землях Двуречья, ни один королевский голубь, ни один ворон Бригга не вернулись назад. Эридору оставалось лишь гадать, куда нанесет первый удар оскорбленный Август Хитрый Лис.