- А то! - Рыжий нахально ухмыльнулся. - Я тебе должен ровно одну целую шкуру. Так что черта с два ты от меня отвяжешься. Скажем честно, не вмешайся ты тогда, эта толпа превратила бы меня в симпатичную такую лепешку.
- Сам виноват, - отпарировал Фалько. - Надо меньше языком трепать и не лезть не в свои дела.
- Вот еще! - Фыркнул Лис. - Если еще и я буду молчать, то нас будут принимать за немых!
Вечером тоже же дня, дуэт успел добраться до города и завалиться отдыхать от трудов праведных. По крайней мере, Лис уснул, как только приземлился на кровать. Ну да, была у него дурная привычка с разбега на нее бросаться. Мотивировалось все это одной фразой - «Так быстрее». Зато Фалько долго ворочался, даже после утомительного сражения не в силах забыться - дело портили роящиеся в голове смутные образы, выуженные им из камня. Так что оставалось только сидеть на подоконнике, слушать ночной ветер, курить и думать-думать-думать... Ну, или вспоминать. Это с какой стороны посмотреть.
Он не помнил, откуда пришел и куда идет. Не знал, зачем идет. Просто шел. Просто однажды почувствовал влечение, которое словно магнитом тянуло его к полутемной лавке старьевщика. День за днем уговаривая себя, что ему там делать нечего, под конец Фалько сдался и решил разобраться в чем тут дело. В тот день он нашел первый осколок своих воспоминаний - смутный, нечеткий и непонятный. Так казалось поначалу. Через несколько дней Фалько осознал, что где-то в этом мире есть еще вещи, хранящие память. Его память. С этого началось их путешествие. Нет, не так. Его путешествие. Лис присоединился немногим позже и стал незаменимым боевым товарищем и просто другом для молчаливого мага. Средоточие жизнерадостности и оптимизма, умудрявшийся находить приключения на свою голову, он как солнце внес столько новых красок в размеренную жизнь мага. Фалько не жалел, только демонстративно вздыхал, когда Лис очередной раз попадал в неприятности из-за своего любопытства и неуемности. И шел его спасать. Хотя, обычно в этом не было нужды - рыжий и сам прекрасно со всем справлялся. Чаще всего...
А на следующее утро Лис заявил, что теперь выбирать направление будет он. И радостно потопал в самую густую чащу, которую только смог найти. Маг хмыкнул и пошел следом, готовый в любой момент прикрыть тылы своего горе-товарища.
Вид, открывшийся им, когда двое остановились на опушке леса, был...внушительным. Не взирая на то, что от храма остались одни развалины, можно было подивиться, что он простоял так долго. Каменные стены кое-где еще сохранили резьбу, по большей части безжалостно уничтоженную ветром и дождями. От крыши вообще мало что осталось, зато по внутренностям храма теперь вовсю разгуливали солнечные зайчики, игравшие не то в салочки, не то в чехарду. В прежние времена, главный зал наверняка поражал приезжих гостей своим великолепием. Теперь же от него мало что осталось - разве что едва видимое изображение какого-то божества на дальней стене, да и там не хватало доброй трети камней.
- Интересно, кому тут поклонялись? - Лис прошелся до дальней стены, старательно обходя центр, с минуту постоял возле нее, тщетно вглядываясь в давно стертый рисунок, прошелся обратно, выглянул в остаток окна. В прежние времена, в нем наверняка стоял витраж.
«И на нем были изображены взлетающие голуби, - вдруг вспомнил Фалько. - А на той дальней стене была икона Карии, богини Жизни. Да, Карии... У ее ног стоял черный волк... И еще была ветка липы... Нет, яблони. Деревом Карии считалась яблоня. Они всегда росли возле часовен и любой нуждающийся мог сорвать сколько требовалось... А в канун праздника Земли незамужние девушки вплетали себе в венки яблоневые листья и отправлялись до рассвета собирать росу с яблок... Говорили, что вместе с ними ходит Кария и девушка, что ее увидит всю жизнь проживет в мире и любви... А еще,» - парень схватился за голову, которая начинала разрываться на части от переполняющих ее образов. В противовес всем предыдущим - четких и ясных.
Вот священник поднимается к алтарю и все в храме затаивают дыхание... Звонкие девичьи голоса возносят благодарность богине... Лучик солнца падает на глаза одной из них, она смешно морщится, но не прекращает петь... И еще... И еще... И еще...
В реальный мир его вернули настойчивые пощечины и громкий голос Лиса, звавший его по имени. Фальк открыл глаза и обнаружил, что лежит возле стены на полу, из щелей между камнями которого проросла трава, а над ним склонился рыжий, озабочено глядя на друга.
- Что это на тебя нашло? Ты же не проводил ритуала.
- Н-не знаю, - у Фалька дрогнул голос, но он тут же справился с этим. - Похоже...я был тут раньше.