роклятия, явление Бездны - на всё нашлось время, чтобы разложить по полочкам и обдумать. С одной стороны, готовящийся к смерти Лорган жив, здоров и полон сил, чего он не помнил за собой около полугода, как угодил в туманы болот на западе. С другой стороны, "Великая Праматерь" не просто исцелила его, а впихнула в женское тело, выкинув в забытый небесами Последний Рубеж. При этом не добросердечно оставив у чьего-нибудь тёплого порога, а бросив в лютую стужу посреди леса... Как Лорган не пытался, с момента, как его поглотило пламя, он не помнил ничего. Возможно, оно было и к лучшему. Если бы его рассудок в ту секунду мыслил ясно, то, возможно, он не выбрался бы без последствий из замёрзшего болота, сгинув как и упомянутые наместником охотники. Как ни думай, а положительных сторон, на первый взгляд, вырисовывалось больше, чем негативных. А вот если подумать подольше... Никто никогда не делает ничего просто так. И Лорган считал, что спасшая его от проклятья сестры Бездна так же имела свои цели. Руины первого города были как-то связаны с Ней, иначе, почему именно сюда Праматерь отправила перерождённое тело? Почему из всех возможных людей именно здесь оказалась ведьма, чьими устами говорила порой сама Великая Мать? Подобные совпадения не могут быть случайными... Тем более, если бы Бездна "возложила некую миссию" на первого подвернувшегося человека, то почему просто не исцелила, а перевоплотила в женскую суть? Лорган устало отодвинул от себя толстую папку отреставрированных его рукой документов. Дело сегодня не продвигалось ни на шаг, хотя он добрался до весьма интересного журнала, явно спасённого из старого города предком одного из жителей Последнего Рубежа. Бездумно листая грубые страницы, он не вчитываясь скользил глазами по витиеватым строчкам рукописей, не понимая ни слова. Дневник ли это или бестолковый список продовольствия, Лорган не задумывался, пока на развороте двух листов не увидел картинку. Сначала задержав на ней отсутствующий взгляд, он не придал ей особого значения, пока взор не зацепился за пару знакомых символов, встреченных им ранее в путешествиях. Лениво присмотревшись, он ткнул карандашом в маленькое солнышко, окружённое витиевато выведенным ореолом лучиков. - Светоч. - Задумавшись, он поискал взглядом изображение трёх фаз лунного цикла. - А вот и Тень. Интересно. - Он перевернул журнал, от чего бездумные росчерки линий сложились в понятную картину. Вот штрихи чернил приобрели образы редких облаков, а кривоватые линии вдруг стали далёкими крышами домов, казавшимися крошечными по сравнению с огромной триумфальной аркой, словно призрак прорисовывшаяся на горизонте. - Что это? - Лорган прищурился, нехорошее предчувствие натянуло нервы и он пристальнее всмотрелся в рисунок. - Что это за место? И постройка подобных размеров... Никогда ни о чём подобном не слышал. - Он перелистнул страницу, но письмена расплывались перед уставшими глазами от скудного освещения свечи. - Хмм, символы Светочей и Теней... Тц. Во всём это только Эннора поможет разобраться. Не миновать встречи с ней. - Досадливо поморщился Лорган, закрывая тетрадь и гася свечу. - Надеюсь, господин наместник не разозлится, что я взял "важный" документ. - Ворчливо усмехнулся Лорган, одеваясь. Близился конец зимы, но морозы не спешили отступать, как и злые метели, щедро одаряя льдом и снегом Последний Рубеж. Если бы солнце не светило с каждым днём дольше, Лорган поверил бы, что весны и лета здесь не бывает в принципе. Только снег и холод, не больше. Когда он покинул своё убежище, на улицу спускался вечер, а с ним изморозь, поэтому, уже у порога домика ведьмы, Лорган замёрз настолько, что ему было всё равно, умеет ли колдунья разговаривать с Бездной или нет. Согреться бы. Отбивая дробь зубами, он не сразу услышал ответные шаги на стук в крепкую дверь, а от пахнувшего в лицо тепла, Лорган зябко поёжился, поняв, насколько продрог. Особенно заледенел несчастный нос, которым он не переставая шмыгал. - Д-доброго вечера, Эннора. - Здравствуй, душа. - Казалось, ведьма была удивлена неожиданному гостю. - Заходи скорее, глупая, холод нынче суровее других будет. Переломная ночь сегодня. - Подтолкнула она мнущегося Лоргана, закрывая дверь и завесив вход покрывалом, чтобы не сквозило. Начав отогреваться, учёный быстро окинул комнату взглядом, успев отметить, что вопреки ожиданиям передняя оказалась ничем не отличимой от убранства других домов Рубежа. Ни подозрительных склянок с зельями, зловония или странных талисманов, простая уютная комнатушка с печью. Стол и лавка, несколько полочек с горшками и метла в углу - вот и всё, что смог увидеть Лорган, не рассмотрев ничего подозрительного. - Что привело тебя, душа? - Добродушно улыбнулась Эннора, помогая несколько растерявшемуся от собственной смелости Лоргану снять шубку. - Что даже страх не отвернул тебя прочь. - Не скрывая смешинок в голосе, добавила ведьма, отходя к печи и доставая блестящий боками чайник. Слова, что был готов бросить при встрече Лорган, он почему вдруг забыл, неловко мня журнал за пазухой и подумав, что затея-то была глупой. Откуда Эннора может знать факты, о которых не известно даже магистрам Дома Знаний? Не стоило бежать через весь город и мёрзнуть, чтобы уйти ни с чем. - Что тревожит тебя, душа? - Нахмурилась колдунья, незаметно наблюдая за переступающим с ноги на ногу учёным. - Говори же, не бойся. - Вы ко всем так обращаетесь или лишь я такой чести удостоился? - Пробормотал недовольно Лорган и притих. Грубить ведьме он не намеревался, но слова сами вылетели из глотки, когда от очередного зова "душа", вспотели ладони и сердце испуганно затрепетало. Воспоминания не самые приятные вновь дали о себе знать неосознанным страхом, который учёный пытался загнать как можно глубже всеми силами. - Лишь тебя, душа. - Мягко улыбнулась Эннора, жестом зовя присесть рядом за стол. В груди что-то тревожно дрогнуло и Лорган с тоской подумал, что зря спросил. Легче от знания почему-то не стало. - Кхм... Эннора, я пришёл спросить... - От пристального внимания было неловко. - Но ты можешь знать. - Собравшись с духом, он выудил тетрадь и подошёл к внимательно слушавшей его ведьмачке, открывая нужную страницу. - Я нашёл этот журнал в архивах. Случайно, но этот рисунок... - Он указал на символы на столбах арки тонким пальцем. - Это символы Светоча и Тени. А город внизу - это ведь Последний Рубеж, не так ли? Но я никогда не слышал о подобной постройке. Она слишком огромна, чтобы о ней не упоминалось ни в одной из хроник, но... - Жёсткая хватка на запястье прервала запальную речь Лоргана, заставив его обратить внимание на примолкшую колдунью. От встречи со знакомыми чёрными глазами, в которых искрились звёзды, Лорган в ужасе хотел было отшатнуться, но необычно сильные руки Энноры удержали на месте, не отпуская. - Эннора? - Осипшим голосом позвал Лорган, но пальцы на запястье сжались лишь сильнее, притягива ближе. Тепло комнаты вдруг начало сменяться жаром, и пламя, мирно спящее в печи, с гулом вырвалось из заслонки, выбрасывая разноцветные искры. Сгустившиеся тени в углах мрачно потянулись к замеревшей неподвижно ведьме, сильно напугав Лоргана. "Так и знал, что так будет. - Он неосознанно дёрнулся, когда тёмные кляксы почти коснулись подошвы на сапогах. - Надо поговорить, может опомнится?" - Эннора, п-послушай, я не знал что это... Слова застряли в глотке, когда в жутких очах вспыхнул разум, внимание которого было направлено на девушку перед ним. " Бездна... Вот же ж...". Нервный смешок сорвался с губ, от чего воплощение Праматери заинтересованно моргнуло. - Э-это нервное. - Пояснил Лорган, постаравшись расслабится. - З... Здравствуй, Великая Мать?.. Онемевшую кисть неожиданно отпустили, а тени закрыли собой деревянные половицы плотным ковром, по которому рассыпались искры от бесновавшего пламени. - Здравствуй, дитя... - Шёпот прошелестел со всех сторон, будто ветерок коснулся листвы на деревьях. - П-почему... Что позвало тебя? - Дыхание сбилось от бешенно стучащего сердца, но храбрости кажется, наоборот, немного прибавилось. - Ты хочешь знать. Но знание опасно, душа моя. - Так же не размыкая губ продолжала шелестеть Эннора, выдавая себя живым нечеловеческим взглядом. - Узнаешь, не вернёшься назад. - Что эта за арка, Великая Мать? Из-за неё пал город? - Моё дитя, смешливое, но одинокое, звало меня, но призвало иное. Сестра её ушла ко мне... Одна осталась... И Пустота украла разум дочери моей... - Тени кружились вихрем, мягко касаясь волос и щёк, и нашёптывая, нашёптывая слова. - Безумство овладело ей... И разрушение сотворено. Мои сыновья и дочери взяли часть меня и дочь отныне заточена была в ловушке... Не вернулась, не хотела... Но дети мои пришли, слились со мной... Все спят... Едины вместе... Но потерялись три осколка... Верни их мне, душа... Позови, услышат. Спой, душа... Уснут... И ты придёшь, ко мне, я обниму... Укрою... Моё дитя... Моя душа... С тихим шелестом тени вдруг рассыпались пеплом и, едва осев на пол, растворились, словно и не было их. Только на белом боку печи остался след копотью. Забыв, что надо дышать, Лорган смотрел на пришедшую в себя Эннору, что вдруг одарила его хитроватой улыбкой, словно не она только что являлась воплощением потустороннего. - Ты узнала ответы на свои вопросы, душа? Судорожно вздохнув, пытаясь о