Залитая солнечным светом гостиная была в целости и сохранности. Стёкла вновь заняли законное место в оконных рамах, блестящий паркет на полу частично прятался в пестрящем всеми цветами ковре. Отблёскивая глянцевой поверхностью, в углу притаился комод, заставленный причудливыми статуэтками, а если взглянуть прямо, то прямо перед ним стояла... Лора.
- Сестра? - Лорган, опешив, испуганно замер, глядя во все глаза на нашедшуюся пропажу.
Не высокая, почти одинакового с ним роста, она молча, со странным изучающим взглядом, стояла посреди пёстрого ковра. Белая, фарфоровая кожа оказалась лишена даже намёка на румянец, руки спокойно опущенны вдоль длинного платья непонятного сине-серого оттенка. И волосы, смоляные и неожиданно длинные, касались концами прядей ворса, утонув в нём.
Ещё раз окинув комнату взглядом, Лорган осторожно поднялся, тяжело опираясь на трость, и вновь встретился глазами с неподвижно наблюдавшей за ним сестрой.
Глаза почти чёрные, икрящиеся в солнечном свете, они казались провалами в пропасть, тьма которой завораживала и манила шагнуть, оступиться. А ещё эта тьма казалась живой, разумной, опасной.
"Её глаза. - Сердце заходилось в груди, набатом отдаваясь в ушах. - Я бы поверил, что это призрак, - он опасливо шагнул назад и поискал взглядом дверь, - да только грудь вздымается в такт дыханию... Чёрт, почему всё плывёт перед глазами?"
- Лора? - Он вновь позвал сохранявшую молчание девушку, пытаясь разглядеть словно поддёрнутые дымкой стены. - Как ты здесь оказалась? И почему дом вдруг изменился? Я ведь только что видел... - Он осёкся, едва девушка разомкнула губы.
Чёрные, переливающиеся искрами, будто звёздное небо, глаза вдруг поймали взгляд стоящего перед ними человека и белоснежная рука приподнялась, протянувшись в приглашающем жесте.
- Приди, душа...
Голос, словно сотканный из сотен голосов, сливающийся в причудливое эхо, отразился от стен, исказив их и превратив в тяжёлые клубья тумана.
Лорган похолодел. Ужас, болезненно сжав грудь, сковал по рукам и ногам, не давая шанса пошевелиться. Что бы сейчас не происходило, кто бы перед ним не стоял, это была не Лора. Откуда-то пришло понимание, что силуэт стоящий перед ним вообще не человек, а происходящее не сон.
- Кто ты? - Он не узнавал свой голос и язык онемел.
- Приди, душа...
- Нет. - Лорган упрямо отвернулся, с усилием разорвав зрительный контакт. - Кто ты? Где Лора?
- Услышь душа...
- Нет. - Но шёпот за спиной заставил его в надежде обернуться.
- Лорган! - Голос принадлежал сестре.
Испуганный, готовый вот-вот разразиться слезами.
Он так и не понял, как получилось, что трость вдруг попала под ноги и, запнувшись, он упал навзничь на спину, плюхнувшись на злополучный ковёр. Пока до скованного сознания доходил весь ужас произошедшего, существо в облике его сестры склонилось над ним, протянув руки и прижав неожиданно горячие ладони к его ушам.
Вой. Звук наполнивший сознание напоминал вой ветра за окном в бурю, грохот волн во время шторма, что разбивались о скалы, тысячи голосов, что шептали одновременно и в тоже время о разном, наполняя голову гулом. Хаос звуков ошеломил. Лорган хотел убрать чужие руки от себя, прекратить пытку, от которой разболелась голова. Но реальность неожиданно утонула в тумане, сквозь который вдруг начали мелькать люди. Живые, смеющиеся, плачущие, счастливые или в гневе - их лица мелькали хороводом перед глазами, а потом он вдруг оказался на ясной, укрытой росой поляне. Могучий лес, окружавший усыпанный незабудками холмик с прозрачным ручейком, припрятавшимся в траве, казался не настоящим. А секундой спустя, вдруг пойдя рябью, он исчез и на месте его оказался человек. Совсем юный, с невозможно голубыми глазами, сияющими как лазурь в самый морозный день, он заливисто смеялся. И единственное, что говорило о его нечеловеческом происхождении, эти невозможные глаза, глядя в которые, казалось, что душу выворачивает наизнанку. Словно смотришь в ледяную бездну, которая видит саму душу!
Внезапно картина сменилась. Теперь, стоя среди обломков скал, Лорган оказался на горной гряде, бесконечными острыми пиками растянувшейся до самого горизонта, не имея ни конца ни края. И только чуть поодаль, за обрывом, раскинулось озеро. Прозрачное и чистое настолько, что сквозь недвижную гладь он видел покатые валуны на дне. И ни единой живой души. Ни птиц, ни зверей не было на засыпанных щебнем и острыми осколками скал берегу. И тихо. Словно вымерло всё вокруг. А потом Лорган в страхе замер. Рядом с ним, поверни голову и увидь, стояло нечто. Учёный чувствовал тепло, идущее лишь от живых существ, но что-то внутри, забытое и извечное, знало, что стоит столкнуться с Ним взглядом, стоит дать знать о себе, как Лоргана не станет. Оно изничтожит его, будто пылинку на пути, если решит, что душа его никчёмна. И это было верным, правильным , ведь такова Его природа...