– Но эльфы же живут долго. Разве у вас не приверженность семье на первом месте? Родители, дети? – старалась понять смысл сказанного.
– Мы живём слишком долго, Света. Первая сотня лет действительно посвящается семье. Ты находишь общий язык, перенимаешь ценности. Но первые духовные пары появляются во время обучения. Потом в путешествиях, поскольку в следующие несколько веков быть прикованным к родным землям ужасно скучно. И так ищешь смысл жизни и тех, кто тебя держит. Люди такие связи беспечно называют «дружбой», однако, дружба совершенно иная. Инга тоже называла это так, и нам приходилось принимать такой термин, – Саша подбирал каждое слово для объяснения и, кажется, даже заранее готовил эту речь.
Не сказать, что спокойный голос эльфа не смог донести смысла слов до меня, просто понимание сказанного слишком запаздывало.
– Значит, Инга была тебе духовной парой? И такие отношения, с моей точки зрения, были бы похожи на дружбу? – выловила главное из контекста.
– Да. Дружба, семейная опека, всё около этих чувств. Я и сам так и не понял, почему ей это так не нравилось, – с досадой проговорил он.
Это меня развеселило. Да уж, я бы и сама не выдержала сильной опеки уже сейчас. Сбежать от родителей в двадцать — моё самое большое достижение. А как было триста лет назад? Тебе пятнадцать и уже замужем, воспитываешь детей, а тут ещё сваливается магия и опека от другого существа.
А вот это странно. Разве могла Инга тогда оставить детей? И были ли они у неё под тридцатник?
– О чём ты так задумалась? – выдержав паузу, спросил Саша.
– Не могу понять жизнь Инги. В те времена институт семьи требовал раннего замужества. Было ли и с ведьмами так же?
Увидев непонимание эльфа, мне пришлось рассказать про жизненный уклад во времена жизни Инги и мой, их разницу и улучшение. Кажется, Саша был в ужасе от такого.
– А вот и чай! о чём договорились? – прервала нашу занимательную беседу Эсми.
Кажется, ей было в удовольствие вмешиваться в разговор.
Скинув на пол книги с одного из столиков, девушка поставила на него широкие пиалы с горячей жидкостью и придвинула всё это к нам ближе. После чего быстро проверила книги и поставила их аккуратной стопочкой на пол и, наконец, присоединилась к нам.
– Уже известно, когда Света уйдёт в свой мир? Ты смотрел календари? – отвернувшись от меня, спросила эльфийка у отца.
– Точное время ещё не вычислял, – нарочно не замечая поведения дочери, ответил Саша, глядя на меня. – Пара дней точно есть. Сейчас я подберу для тебя комнату и займусь выяснением конкретных дат. Но сначала чай.
Мне оставалось только согласиться, а Эсми в расчёт вообще никто не брал, к чему, кажется, девушка уже привыкла.
Краткая экскурсия по двухэтажному дому и с цокольным этажом приоткрыла завесу тайны о неподобающем расположении книг по всем комнатам. Здесь была библиотека, находящаяся на стадии «выселения» квартиранта перед капитальным ремонтом.
– Это как? – не поняла я, глядя на очередную двухстворчатую дверь, но с резьбой, изображающую книги.
– Кто-то, не буду тыкать пальцем в Эсми, практиковал водную магию в библиотеке и вызвала водную элементаль низшего порядка, которая отказывается покидать эти стены, – с досадой рассказывал эльф.
И, демонстрируя мне всю кошмарность происходящего, просто распахнул двери, являя водное царство.
Со всех плоских поверхностей, со стен, водопадом падала вода. Библиотека была двухэтажная, так что и на каскаде волн по лестнице уже стали прорастать похожие на кувшинки растения. Странно было только то, что вода не переливалась через порог, вообще она была словно просто равномерно разлита по полу.
– А вон и наш квартирант, – указал в сторону широкого окна мужчина.
Проследив за его рукой, я действительно увидела некое существо, полностью состоящее из воды и беззвучно рыдающее.
– Он съезжать не хочет. И постоянно плачет. Ни один водник договориться с ним так и не смог, так что ждём в гости русалку, – продолжил рассказывать Саша.
Не сказать, что я сразу поверила в существование русалок, но любопытство проснулось жуткое. Они такие же, как у нас в сказках?
И наконец мы добрались до гостевых комнат. Мужчина выделил тут, что ближе к его комнатам, и подальше от Эсме, показав, где каждый из них обитает. После чего меня оставили обживаться одной.