Размышления о пионерах и об идее, внезапно вывели меня на новый виток осознания. Мысли, за которыми я пытался спасаться от собственного страха, вдруг необъяснимым образом привели мой разум к порогу желанного открытия. К тому, ради чего я сюда пришёл. Мозаика в голове начала быстро складываться. "Боже мой, как же я был слеп. Вот же ответ - лежит прямо перед моим носом. "Фабрика счастья" - это обычная свалка, по которой ползают осиротевшие, обездоленные люди. И их нищета заключается вовсе не в отсутствии средств к существованию. А в душевной пустоте. Отсутствии внутренней идеи. Они не понимают, куда идут, зачем живут и ради чего умирают. Это ощущение день за днём терзает их самолюбие, ведь они догадываются, что по сути своей ничем не отличаются от животных. Люди пытаются придумать себе новые цели, открыть новые горизонты, или хотя бы пойти за теми, кто, по их мнению, знает, куда идти. Но в итоге все ходят по кругу, не находя выхода с этой огороженной территории. Вот, почему они все несчастны, не удовлетворены своей жизнью, и не могут обрести душевный покой. Вот зачем они приезжают сюда, чтобы порыться в остатках былого счастья, и найти для себя хотя бы его осколочек".
Я попытался представить, как выглядело это общее счастье до своего разрушения. Огромное, сверкающее, чистое, как зеркало маяка. И вот это счастье вдруг разбилось, разлетевшись на миллионы осколков. А люди, мелкие, как таракашки, бросились собирать эти осколки, набивая ими карманы, и растаскивая по норкам. То, что принадлежало всем, стало принадлежать кому-то. Остались лишь жалкие крохи. Самые малюсенькие осколочки, которые кто-то как будто бы смёл огромной метлой в одну кучку, вперемешку с грязью, пылью и мусором. И те, кому не досталось счастья, окрестили эту кучку "Фабрикой счастья". Только почему-то фабрика эта не работает, и больше похожа на мусорный бак. Но люди всё равно в нём копаются, выуживая последние остатки, воспринимаемые ими за счастье. Ведь если подумать, то ни один из этих, так называемых "артефактов", не создаёт это самое счастье. Осколок лишь помогает людям открыть в себе что-то. Какую-то отдельную грань, доселе закрытую и спящую. И это открытие делает людей немного счастливее. Хотя бы в чём-то. Но это уже большое дело. На фоне непредсказуемого, мрачного будущего, растущих цен, социальной несправедливости и неравенства, всё что у людей остаётся - это надежда на то, что они отыщут маленький осколочек счастья, который будет давать им хотя бы какой-то смысл существования. Будет убеждать их в том, что они живут не зря.
-Браво, -произнёс чей-то мягкий, мурлыкающий голос.
Я встрепенулся, отвлекшись от костра, и с тревогой поглядел в сторону тёмного проёма, ведущего в соседний сегмент ангара. "Показалось?"
-Ты наконец-то понял смысл, -опять сказал кто-то.
-Кто здесь? Аркадий?
-Нет. Я - не Аркадий.
После этих слов, я увидел два больших жёлтых глаза, светящихся в проёме. Меня моментально пробил холодный пот. "Что это? Опять сон? Надо проснуться. Но как?"
-Не бойся. Я существую только в твоём воображении, -мурлыкал желтоглазый невидимка. -Ты можешь меня видеть, потому что погрузился на достаточную глубину.
-Я никуда не погружался. Кто ты?
-Можешь звать меня Ирусан. Хочешь, покажусь?
-А может не надо?
-Не переживай. Я здесь не для драки, а чтобы проводить тебя.
-Куда проводить?
-Дальше.
Костёр вспыхнул словно вулкан, исторгнув в воздух сотни багровых искр, которые не погасли, а разлетелись по сторонам яркими светлячками. Закружились, рассредоточились по стенам, полу и потолку, освещая их контуры. Тогда я увидел, как по выхваченным из темноты участкам поверхностной текстуры, побежали некие знаки, символы, или иероглифы, пестря, словно газетные статьи. Они пульсировали голубоватым свечением, становясь всё отчётливее и светлее. Превращая грязный, заброшенный ангар в подобие фантастического храма, воздвигнутого в честь неких космических богов. Таинственный шёпот распространялся повсюду, шурша словами неведомого мне языка. А затем, из дверного проёма, за которым прятался мой неожиданный собеседник, начала появляться его нечеловеческая фигура. Первыми появились лапы. Чёрные. Тонкие. Настолько длинные, что превышали мой рост. Они протянулись вперёд, параллельно друг другу, словно потягиваясь. И я услышал, как по полу скрежетнули острые когти. Потом, над ними показалась большая, уродливая голова с усами-антеннами и парой острых ушей, увенчанных кисточками. Эта голова просунулась вперёд, изящно проплыв над лапами. Существу пришлось изрядно прогнуться, чтобы проскользнуть под притолокой, и не задеть косяки. Но оно сделало это ловко, как нить, прошедшая сквозь игольное ушко. И вот уже передо мной стоял кот чудовищных размеров. Высотой он был с африканского слона. Чёрный, с белым "галстуком" и горящими жёлтыми глазищами. Его тело было изогнутым, как коромысло. Хвост, похожий на огромную змею, лениво извивался. Выпрямляясь на своих тонких, длинных лапах, этот кот выглядел как ожившая иллюстрация из детской книжки. Но находиться рядом с ним было совсем не весело, а очень даже жутко. Бесшумно ступая своими мягкими лапами-жердями, Ирусан приблизился к костру. Его зрачки, отражавшие пляшущее пламя, сузились, превратившись в вертикальные полоски. Нависая над огнём, гигант облизнулся.
-Что тебе от меня нужно? -я отполз назад, пока не упёрся в щитовую фанеру.
-Я хочу тебя спросить. Почему ты не нашёл здесь свой собственный осколок счастья? -промурлыкало существо, щурясь от дыма.