- Прекрасно понимаю твое замешательство, - сказал он, стараясь быть настолько приветливым, насколько мог, - но, к сожалению, тебе придется сесть и выслушать все, что я скажу. Чаю? - он улыбнулся, но девица не сдвинулась с места, продолжая злиться. Кондор нахмурился и сказал уже куда резче: - Тебе все нужно по два раза повторять? Сядь! - и указал взглядом на диван.
И добавил в этот приказ чары.
Легкие, вряд ли бы кто-то, вдруг оказавшийся свидетелем этой сцены, заметил бы их след.
Потом, наверное, ему будет за это стыдно, но тратить силы на бессмысленный спор или уговоры не хотелось.
Девушка покорно подошла к дивану и села на краешек, скромно, словно боялась занять слишком много места. Руки она все еще держала скрещенными на груди, закрываясь ими и от Кондора, и от мира вокруг них.
- Чай? - повторил Кондор, пока придумывал, с чего начать.
Она рассеянно кивнула, не отводя в сторону взгляд - очень вопросительный и все еще злой. Вблизи черты лица казались еще более детскими, и девушка напоминала маленького рассерженного котенка. Или щенка. В общем, что-то достаточно милое, чтобы доставить множество мелких неудобств.
Кондор лениво подпер голову ладонью, заставляя себя держать концентрацию внимания и медленно, слово за словом, движение за движением, сворачивать их диалог в нужную сторону. Главное - не забыть ничего, хотя что-то он уже точно забыл.
Заставить остывший уже чай в фарфоровом чайнике снова стать теплым - одно привычное движение руки. Наклонить этот самый чайник, чтобы не пролить ничего на стол, - испытание уже посложнее. Почему-то казалось, что стоит на секунду прикрыть глаза, и эта секунда превратится в пару часов сна, совершенно ненужного здесь и сейчас, поэтому Кондор держался, разглядывая девицу.
То, как она берет в руки чашку, нелюбезно буркнув скупое “спасибо” и отводя взгляд. Как дрожат ее руки, отчего по поверхности чая расходится мелкая рябь. Как она встряхивает головой, пытаясь сбить со лба растрепанные и слишком короткие - по местным меркам - для взрослой девушки пряди.
Такая стрижка, как у нее, прямые волосы до плеч с дурацкой челкой, отросшей и лезущей в глаза, подошла бы девочке, все еще увлеченной кукольными чаепитиями, воспитанием канарейки или поиском колец фей в саду перед домом.
Пять тонких металлических колец в правом ухе с этим нежным образом никак не увязывались.
Девушка прикусила нижнюю губу, очень по-детски, и уверенно поставила чашку на стол.
- Где я? - она снова смотрела прямо на Кондора, сдвинув брови. - То есть... эмм... я не про адрес, конечно. Я тебя не помню. И я не помню, как оказалась здесь, - она говорила медленно, словно подбирала каждое слово, боясь ошибиться. - Как-то это... странно. То есть, правда, я обычно так не делаю!
Ей страшно и она оправдывается, напомнил он себе, поэтому она резкая. Почти грубая. Поэтому в голосе - злость, а еще обида на себя и на весь мир. И на него, на Кондора, лично, потому что он, пожалуй, самый удобный объект для обиды здесь и сейчас.
- Я знаю, у тебя сейчас много вопросов, - небрежно ответил Кондор, кидая в свою чашку еще один кусок сахара. Какой-то из, не важно. - Я отвечу на все, только, прошу, постарайся без лишних движений, хорошо? Ты цела и никто не причинил тебе вреда.
Она моргнула. Кондор сделал глоток чая и задумчиво очертил пальцем круг на столе:
- Но... хм... Я не могу сказать, что с тобой всё в порядке, - осторожно сказал он. - По крайней мере, не в том порядке, к которому ты привыкла.
Девушка нервно сглотнула:
- Мы чем-то упоролись?
Кондор удивленно вскинул голову, потому что это слово тоже было чем-то иным. Не таким, чтобы понять его сразу.
В прошлый раз было так же. Иногда. Потом все привыкли.
- Мы напились вместе или что-то... посерьезнее употребляли? - повторила она, уловив его замешательство.
Взгляд снова стал пристальным и жадным, цепким, как пальцы слепого, изучающего незнакомый предмет. Она то ли пыталась вспомнить, кто такой Кондор и откуда он взялся, то ли любовалась им, запоминая черты лица. На секунду ее взгляд изменился, она сощурилась - видимо, разглядела глаза. Вряд ли сам цвет, скорее, просто что-то такое заметила и тоже удивилась.