Подойдя к одной из стен тоннеля, девушка коснулась её рукой и поняла, что не ощущает никакой преграды перед собою. Вода просто… была. Она знала — если захочет, то просто «пройдёт» сквозь эту стену и отправится в плавание, вместе с этими удивительными существами.
Прислонив ладонь, Юляна попала именно в тот момент, когда цветы засияли особенно ярко, «подсветив» стенку тоннеля и показав Юляне саму себя. Словно бы, она смотрелась в зеркало, за которым находится иной мир. Простояв так некоторое время, девушка убрала руку и пошла дальше. Всё же, это лишь путь, а не сам Осколок.
Наслаждаясь тёплым песком под ногами и лёгкой прохладой от близости воды, Юляна упустила момент, когда вокруг неё начал раздаваться шёпот. Сначала тихий, едва различимый, который легко можно было спутать с шуршанием песка. Но со временем, он становился всё громче и настойчивее. Он был похож, на назойливые мысли, что лезут в голову, вопреки воле девушки.
Остановившись, Юляна испуганно посмотрела по сторонам, ища источник шёпота, но никак его не находила. А меж тем, он становился лишь отчётливее и, злее.
— Отец предал меня! Он — предатель! — Этот крик, что внезапно окружил Юляну, был её собственной мыслью, когда она услышала от матери об измене отца.
— Н-нет… это не правда! Папа не изменял! — Юляна закричала, и её голос эхом прокатился по тоннелю. Эхо вернулось к нею словом «изменял».
— Он поступил так подло! Предал семью! Маму! Меня! И ради кого?! Девицы, что даже младше меня?! — Мысль, словно бормашина стоматолога, въедалась в мозг и отзывалась болью в сердце и душе. — Да как он посмел?!
— Папа не предавал! — И вновь коварное эхо вернуло Юляне лишь последнее слово, что ещё больше огорчило девушку.
— Да и я хороша! Дура набитая! Видела же, что в семье что-то не так, но предпочла закрыть глаза, довольствуясь ложью, которой меня пичкали родители! А я и рада была её есть! — Юляне не хотелось вновь, возвращаться к этим мыслям, но они, словно рой назойливых насекомых. — Вот, что мне стоило поговорить начистоту с ними обоими?! Правильно! Моя слабость и трусость!
— Неправда! Я… не слабая! И не трусливая! — Юляна побежала вперёд в надежде, что шёпот останется позади, но он лишь нарастал, как надвигающаяся лавина. — Хватит! Перестань!
— Нет! Ну, какова нахалка, а?! Ещё вздумала о матерях что-то говорить! — Шёпот собственных мыслей Юляны, был невозможно горьким и больным. Она ощущала, что её душу окунают в раскалённый битум. — Рассорила мою маму с папой, и теперь тут стоит, давится слезами и изображает из себя жертву! Противно аж! Ненавижу её!
— Я ведь, не знала её историю! — Юляна пыталась перекричать Шёпот. — Не знала, что она и правда дочь армейского друга отца!
— А мать! Мать-то! Ещё хуже, чем отец-предатель, не сказавший правду сразу! — Похоже, что Шёпот желал причинить Юляне самую сильную, душевную боль, из всех возможных. — Целый ГОД, врала мне и отцу и лицо! Какова стерва!
— Н-нет… она не…
— Не такая?! Да, конечно! Ещё скажи, что она святая и просто ангел во плоти! — Впервые Шёпот обратился к ней лично. — Что? Удивлена? Пф, до чего же ты жалкая! Не способная признать правду и живущая в мире собственных иллюзий! Сними розовые очки, дура!
— Что?! Да как ты…
— О, ещё как смею! — Шёпот не затихал ни на секунду, хотя Юляна и почти бежала по тоннелю, стараясь не отвлекаться на небольшие ответвления, которые то и дело попадались ей на пути. — Я знаю тебя, лучше, чем ты сама! Маленький ребёнок, закрывшийся в своём розовом мирке и в упор не видящий правды!
— Хватит меня оскорблять! — Остановившись, Юляна сорвалась на крик и тут же зашлась кашлем. — Я знаю, что я думала и что натворила! — Юляна решила, что лучшим вариантом отделаться от Шёпота — это согласится с ним. — Да-да, я думала так об отце, матери и Дарье! И я причинила Дарье вред, потому что хотела отомстить за семью! Доволен?!
— И, что дальше? Ну, созналась ты, а дальше? — Шёпот продолжил язвить и издеваться. — Кому-то стало лучше от твоих слов? Рука у Дарьи зажила моментально? Или мать раскаялась, да повинилась перед тобою?! А отец? Он смог простить себя за ложь?