Двойные двери, треснув в нескольких местах, моментально лишились всех украшений, что были любовно установлены Дриадой. Ручки из латуни попросту упали на землю, больше не имея возможности удерживаться на разваливающихся дверях. Теперь Юляна была уверена в своём предположении о породе.
И вот, когда последний кусок Осколка упал на землю, всё это ушло в пучины. Словно, брошенный в воду камень, с тихим всплеском исчез Осколок.
— Стойте, Богиня! — Отчаянно закричала Юляна. — Молю, хватит смертей! Не губите Теирастру!
— Юл, всё хорошо же! — Весело ответила та, которую Сералис назвал Никтой. — Так и должно быть! Теперь я всё поняла и больше не боюсь!
— Теирастра… — По щекам Юляны потекли слёзы. — Мне безумно жаль, что я не смогла никого спасти…
— Юл, я же говорю тебе — всё хорошо! Не расстраивайся! — Задорно улыбнувшись, девушка внезапно обернулась статуей, из разных драгоценных камней и осыпавшись на пол, не оставила после себя, ни следа.
— Зачем?! Для чего ты убиваешь их?! — Гневно выкрикнула Юляна, смотря на Богиню. — Они ведь, помогали тебе!
— Юляна, ты не понимаешь… — Сералис хотел успокоить Юляну, но Богиня встала перед девушкой и заглянула в её глаза.
— Юляна, я понимаю, как это всё выглядит и поверь, мне самой безумно тяжело совершать такое, — На миг, ей показалось, что Богиня вот-вот расплачется. — но иного выхода у меня нет. Океаны Снов переменчивы. И сейчас, пришло время перемен.
— Но зачем нужны их смерти? — Ей не хотелось верить, что Стражи погибли просто так.
— Без этого, Великое Колесо, не сможет сделать оборот. — Отвернувшись, Богиня подошла к Мирее. — Ну что, ты готова? Осталась лишь ты.
— Да. Готова.
— Ты уверена? — Обеспокоенно спросил Сералис. — Ты же знаешь, что я беспокоюсь о тебе.
— Ты ведь знаешь, что это необходимо. — Выйдя в центр, Мирея склонила голову перед Богиней. — Начинай, Истинная Мечтательница.
— Мирея, Страж Осколка Джалья, готова ли ты освободиться от его уз и погибнуть?
— Да, я готова.
— Произнеси слова.
Путь воды давно и всем известен,
Бьёт из под земли родник - душа,
Ручейком на свет она воскреснет,
С чистым , светлым ликом малыша.
И с журчаньем ласковым и гибким,
Потечёт вперёд , ведь там вдали свобода,
Не скупясь на радость и улыбки,
Будет жизнь дарить под ярким небосводом.
На пути воды не мало откровений,
Покаяния дна , штормов причастия,
И восторгов бурных в брызгах пены,
Шалых волн , что бьют о берег счастья.
Будет течь ручей подальше от истоков,
Превращаясь в жизни бурную стремнину,
Много доброго в ней , много и пороков,
Много плёсов , тишины и грязной тины.
Вот и жизнь моя , как бурная река,
Протекла за чередою быстрых дней,
То грозна была , тиха и глубока,
То порогами забита из камней.
(Семёнов Валерий Андреевич)
Глубоко вздохнув, Богиня с трудом подняла правую руку в направлении Миреи. На миг, она пошатнулась, опустила руку, схватившись за голову. Подскочивший Сералис помог ей удержаться на ногах. Прикрыв глаза, Богиня выглядела очень уставшей и измученной. Хотя внешне, это и не было заметно.
Отстранившись от Сералиса, Богиня вновь наставила руку на Мирею. На сей раз, перед её ладонью стали появляться, прямо из воздуха, прозрачные ледяные иглы. Их было так много, что Юляна ужаснулась. Её сердце и душа, итак разрывались от того, что она видела смерти других Стражей, но то, что делается сейчас — выше её сил.
Тем временем, иглы, став похожими на карандаши, «сорвались» вперёд, и с влажным чваканьем, впились в плоть драконицы. Юляна отчётливо видела, как иглы пробивают чешую и кожу Миреи, нанося той ужасные раны. Но, сама Мирея вовсе не обращала на это внимания. Будто бы это всё неправда и сейчас убивают не её, а кого-то другого.
Брызги драконьей крови, при таких ранах, должны были запятнать всех присутствующих, но, они собирались на подобии купола, что скрывал за собою тело драконицы, которое продолжало страдать от попаданий игл.
У Юляны уже не было сил, чтобы смотреть на это и плакать. Но и отвести взгляд, увидев как погибли все, кроме Миреи, она тоже не могла. Девушка считала, что предаст драконицу, если не будет смотреть на её кончину. Это было… одновременно жутко, страшно, тяжело, но интересно.
Через минуту Богиня безвольно опустила руку и упала в объятья Сералиса, который оказался рядом. Благодарно кивнув ему и держась за его локоть, она наблюдала за кровавым куполом, под которым была драконица Мирея. На Сералиса же страшно было даже смотреть. Казалось, что он разом постарел лет так на двадцать. Не мигая и даже не дыша, он неотрывно смотрел на купол и ждал. Ждал, когда кровь опадёт на землю. И это случилось. Лопнув как мыльный пузырь, купол опал на землю. А в центре кровавого круга, появится… Алекса!