Нэй стало скучно, она слушала эти объяснения, наверняка заученные Тардом, так как все вопросы на пути их следования не отличались разнообразием. Сидя на возу и свесив ноги она нетерпеливо била каблуком по колесу.
– Дьявол меня забери, вот это красотка!!! - к возу подошел, громыхая тяжелыми швигебургскими сапогами, рослый молодой парень.
Нэй с удивлением повернулась в его сторону. Ее впервые так назвали. Раньше, когда она путешествовала с циркачами, в ее адрес слышались только восхищенные возгласы и сравнения с «ангелочком». Пока она с убийцами драконов добиралась до столицы Фелара, то видела только поднятые в приветственном жесте руки встречных «отрекшихся» и пугливо шарахающихся от нее в сторону матрон с детьми.
Эльфка ожидала, что увидит какого-нибудь дворянчика, который возвращался из путешествия по провинции и решил поиздеваться над ней. Но увиденное сразу отмело все сомнения в искренности говорившего.
Вьющиеся, коротко стриженные, пшеничного цвета волосы на немного крупной голове были стянуты слишком широкой полоской кожи, что, все же, не казалась столь нелепым на высоком выпуклом лбу. Незнакомец был одет в изорванную феларскую куртку, чьи рукава держались на честном слове, вспоротые на плечах. Ларонийская рубаха давно потеряла свой яркий цвет сирени и выбивалась потрепанной манжетою из узкого левого рукава куртки. В то время как правый рукав был разрезан вдоль для того, чтобы дать место закрывавшей кисть и предплечье толстой перчатке и наручню со щитком, пристегнутым к тыльной стороне ладони. Местами залатанные кожаные штаны с широким ремнем и серебряной пряжкой в виде свернувшегося дракона довершали наряд этого почитателя красоты «отрекшихся».
С лица, на котором довольно сильно выдавались скулы, а небольшая щетина скрывала характерный подбородок, на нее весело смотрел крупный фиолетовый глаз. На месте его соседа была кожаная повязка, пристегнутая к той, что пересекала лоб.
– Вы мне? - спросила Нэй с изумлением.
– А кому же еще?! Вокруг только тупорылые бородатые гномы!
– Слышь!!! - одернул незнакомца Гортт, который разрывался между Тардом, зубоскалившим с двумя стражниками, и Нэй, к которой пристал оборванец.
– Меня зовут Эйлт, детка, - поигрывая бровью, растянулся в улыбке незнакомец, не обращая внимания на окрикнувшего его гнома, - А тебя как?
Кинжал Нэй свистнул в воздухе, крутанувшись в пальцах и нацелился в горло парня, которому хватило наглости попытаться ее обнять.
– Ух! Девчушка с огоньком! - даже не переменившись в лице воскликнул Эйлт, - Кто это тебя так выучил?
– Те самые «тупорылые гномы», - прошипела Нэй, кивнув в сторону направлявшихся к ним Тарда и Гортта.
– Заметно!… Так себе выучили. Вот! Зацени.
В левой руке Эйлта возник небольшой кинжал с изогнутым лезвием и простой деревянной рукояткой, к основанию которой крепились два плетеных из красных веревок шнурка. Кинжал засвистел в воздухе, вертясь в кисти как волчок, перескакивая с пальца на палец, выписывая с неимоверной скоростью узоры, словно росчерки молний, сверкавшие бликами солнца на мечущемся клинке.
– Отойди от нее, пока башку твою об мостовую не разбил! - рявкнул Гортт.
– Ты что ей, муж?! - спросил в ответ Эйлт, убирая руку с плеча Нэй.
Эльфка вспыхнула при этих словах и отдернула острие кинжала от его горла.
Парень соскочил с воза и, не прекращая вертеть кинжал в левой руке, встал лицом к надвигавшемуся на него Тарду, оставляя Гортту возможность обходить с левой стороны.
– Тогда прощения просим, - примирительно сказал Эйлт, подмигнув эльфке.
– Нет, она не моя жена, - твердо ответил гном.
– И какого черта, в таком случае, ты мне указываешь что делать, борода!? - насмешливо спросил парень, заложив большой палец правой руки за ремень и немного сгорбившись.
– Ах ты сраный полукровка! - зарычал Тард.
– Э! Моя бабка была чистокровной ларонийкой! - Эйлт потянул носом воздух и сморщился, - А вот ты и впрямь смердишь, как свежая куча!
Гортт кинулся вперед, заметив, как побледнел при этих словах его друг.