- Согласна, - шевельнулись мои губы извещая об итоговом счете поединка.
- Тогда ты должна знать кое-какие вещи: проходом во времени в ту сторону открыт для тебя в любое время. А вот назад можно вернуться лишь в течении шести дней. Успей, иначе средние века станут для тебя новым домом, - шествовали тем самым слова-наставления от моего товарища. - Стрелка часов, расположенная в нашем временном измерении будет тикать, отмеряя сутки за сутками, и о твоем исчезновении обязательно станет известно. А вот в прошедшую паутинку столетий можно возвратиться в удобный для тебя момент...
Вся жизнь моего нового друга выстраивается перед глазами. Картинки сменяют друг друга, они точно идут по кругу. Снова и снова. Будто кто-то заключил их в цепочку, установив движущийся механизм. Вновь запущенные воспоминания от бесконечного повтора приобрели округлую форму, и в каждом отблеске многочисленных шаров я вижу свой испуг.
Не спеша проделываю все необходимые манипуляции, одновременно стараясь не думать, как отнесутся мои родители к срочному "отъезду" к бабуле. Сердце наполняется чувством окрыленности, страха и чего-то сказочного. Чего-то, что нельзя потрогать или увидеть, но можно ощутить на своей шкурке. Незримые волокна эмоций оплетают, подкрадываясь из-за спины, как влюбленный юноша. Они захватывают лодыжки, запястья, голову, осыпая при этом сверкающими звездочками. Часы ритмично отбивают следующий интервал времени, образующий минуту и образ Лаэрта растворяется под наплывающей темнотой. Еще одна. И мир украшенный волшебным чувством, становится таким реальным.
- Надо же, ты не ошибся, - прошептала парню на ухо подступающая тишина.
Глава 7 Путник дальних дорог
Ломтики промокшей земли норовили забиться в глаза, нос, рот. Выдохнув со всей силы, отогнала их подальше, осыпав неразличимыми молекулами слюны. Оборвавшее свой бег сердечко, забилось с новыми силами. Недалеко от распростертой меня взметнулся ввысь глухой рев, и кусочки разорванной тишины осыпали полянку.
- Нам нужно идти! - услышала я строгий приказ незнакомца.
Сверху больше ничто не давило и поднявшись, проверила все ли цело. Руки сами потянулись отряхнуть одежду, на которой теперь виднелись темные пятна влаги и остатки травы.
- Идемте же! - последовало новое указание от человека, едва не превратившего меня в лепешку. Теплое прикосновение к моей замурзанной почвой руке, и вот мы уже бежим изредка озаряемые пробивающимся сквозь кроны деревьев светом. Позади слышно рычание и скрежет когтей.
Почему-то мне совсем не страшно. Моя любознательность иногда выходит из спячки, к примеру теперешний момент. Почти до выключения колющего сознания хотелось узнать кто же скрывается под плотным капюшоном спасителя. Но зрение тем временем вырывало из окутанной тьмой безмятежности обрывки удивительной природы. Вот обросший темным, чуть шелковистым на вид мхом камень, сверкающий подобно возгоранию высохших трав. Чуть подальше виднеется приютившийся между отличными древесными породами широколистый папоротник. И почему я не художник? Да что там, фотоаппарат и то поленилась захватить. Кусать теперь мне локти, от горечи за прелестно потерянными кадрами.
"Интересно, а красивый и у него голос?" - интересовалась я меж тем вовсе не проблемой выживания.
" Ну конечно! Как же иначе?" - передразнил разму.
"Я ведь просто не в курсе сложившейся ситуации!" - бушевала про себя, пытаясь оправдать чрезмерное любопытство.
Природа вокруг располагала к тихой ночной прогулке, ну на крайний случай к тайному свиданию, но не как к незапланированному кроссу.
- Осторожнее здесь миледи, - распорядительные нотки растерялись из-за быстрого бега. Теперь голос нежно ласкал мои успевшие замерзнуть уши.
"Интересно, а он красив так же, как и его голос?"
"Наслаждайся!" - медово пропел мой внутренний голос, подкинув картинку старичка с ввалившимися глазами, крючковатым носом и гнилыми зубами.
"Фу!" - аж передернулась, и забыв про предупреждение, споткнулась, расклеив левую кроссовку, и тем самым не намеренно сократив расстояние между нами и «охотниками ночи».
- Будьте осмотрительней, - просто, без гнева напомнил спаситель, увлекая за собой.
Ноги уперлись в небольшой подъем. Доски, плотно сколоченные друг с другом, вместе с несколькими поперечными представляли собой некое подобие ступенек. Лестница змеилось между истрескавшейся корой огромных стволов, ютясь к ним одним боком. Ступенчатый подъем постепенно поднимался ввысь, а его конец скрывала узорчатая тень. Еще одна, только подвижная промчалась над нашими головами, она по-звериному крикнула, немного отогнав преследователей.