"Скажи спасибо, что не съели", - кольнул разум.
Через пару секунды мы покинули кишащее людьми помещение с потрескавшимся и закопченным потолком. Со всего разбегу мы ввалились в еще больший зал.
Восковые свечи в черных, как смоль канделябрах подвешенных под огромным створчатым потолком перекликались мигающими улыбками с укрепленными вдоль стен факелами и отражались задорными вспышками в наших глазах. Огромные окна зала выходили на задний двор, почти сейчас скрытый от человеческих взглядов наброшенной накидкой ночи. Сюда почти не достигал уличный шум, и я поежилась от резко наступившей тишины. Во всех известных мне фильмах она не предвещала ничего хорошего.
На всякий случай я быстро осмотрела зал. Огромные окна украшали пышные складки красной ткани с вышитыми золотыми нитками розами. Стены украшали непривычные мне гобелены. На одном я даже увидела карикатуру на дракона и хитро улыбнулась. Вот оно откуда ноги растут! Не существовало их никогда, все это придумали такие же выдумщики как я, только годящиеся мне в пра (и так наверное с тыщу раз) дедушки.
Посреди зала возвышалась маленькая деревянная сцена с широким столом и пятью стульями, одно из которых украшали соколиные головы. От него в два ряда тянулись столы стоящие уже на немного подсохших, но все еще не утративших свой запах травах. Мои пальчики не смогли отказать себе в удовольствии пробежаться по мягким на ощупь скатертями, видно король, обычно восседающий на самом высоком стуле, был неописуемо богат.
Тут мои руки наткнулись на какой-то подозрительно теплый предмет. Подняв голову, увидела, как пальцы брюнетика не спеша, будто боясь испугать переплетаются с моими. Взгляд же нежно обволакивает, заставляя смотреть только на него. Мягкая улыбка посетила хитро прищурившегося молодого человека.
- Ты чего? - переходя на шепот поинтересовалась я, боясь, что если повышу голос, спугну момент.
Но посторонние не побоялись вмешаться, развеяв только-только наклевывающуюся романтику. Створчатые двери распахнулись, впуская худенького человечка, распространяющего просто дурманящий аромат. К счастью, мы успели спрятаться и теперь мой любопытный нос выглядывал щелку образованную между шторой и широким плечом. Даже из далека было заметно, что мужчина спешил, и поэтому проделанную работу иногда приходилось исправлять.
Стараясь не вдыхать исходивший от хлебобулочного изделия аромат, уткнулась в не лишенную мускулов грудь загораживающей меня от возможной опасности. А эта грудь между прочем пахла даже очень таки ничего: еловой смолой с легким привкусом костра. Я так бы спокойно себе и стояла, наслаждаясь близким присутствием парня, если бы не взбунтовавшийся организм, решивший взвыть раненным кашалотом.
Бегающий по залу мужчина, точно заведенная на ключик фигурка, остановился. Внимательно так прислушался, прилаживая то к одному, то к другому уху ладони. Никого. Я же, наблюдавшая его действия из укрытия, едва не прыснула со смеху.
- Опять виновен. Тебя нужно было накормить, прежде, чем вести к горам еды, - послышался над ухом насмешливый шепот.
- На этот раз вина куда серьезней. Не знаю что и потребовать в знак прощения, - подмигнула я, неуверенная, что Айрат это заметит.
Легкий выпуск воздуха губами мне прямо в ухо - явно доказывало, что зрение у моего напарника по приключениям приотличнейшее.
- Я буду очень стараться, - шепчут его губы, и точно дергают за тайные ниточки в моем теле, заставляя приятные теплые волны спускаться вдоль позвоночника.
Вдалеке слышен протяжный скрип петель. Мы снова одни. Уже без приключений преодолеваем оставшийся путь, преследуемые нарастающими звуками музыки и веселого говора. Похоже, мы вовремя унесли ноги с главного зала. Я робко просовываю голову в широкий проем, из которого не доносится ни единого звука.
- Не бойся, - бросает через плече Айрат, хозяйским шагом направившись по одной из тропинок, выложенных шуршащей галькой.
- Легко тебе говорить, ты тут не раз бывал, не то, что некоторые, - бурчу я, вгрызаясь в прихваченную брюнетиком с банкетного стола булку. Живот одобрительно заурчал и продолжая трапезу все так же несмело двинулась следом.
Все дорожки ведут к центру сада, точно ручейки стекающиеся к морю. Вокруг все так и кишит жизнью. В самой сердцевине вечно зеленого парка притаился мраморный фонтан. Бурлящая в нем вода подбрасывала на самой верхушке жемчужины размером с мой кулак. Они купались в просачивающимся сквозь листву лунном свете, сверкая отполированными бочками.