Он отпустил руку спутницы, шагнул к Ульяне, мягко привлек ее к себе и поцеловал.
– Здравствуй, Риган. С моей невестой ты уже познакомился. – Он говорил спокойно, но холодно. Судя по всему, между ними явно кошка пробежала, и Ульяна догадывалась какая: сейчас она с улыбкой протягивала ей руку. – Ульяна – Агнесса.
Агнесса?! А Риган, выходит, тот самый Эванс?!
Руку Ульяна приняла, кивнула, но говорить ничего не стала: все равно ведь почувствует неискренность. После пассажа про холст и задницу сложно было сказать: «Рада встрече». Стоило коснуться пальцев Агнессы, по ладони разлилось приятное тепло. Ульяна невольно замерла – перед ней стояла… лекарь. Агнесса даже не подумала закрываться или прятать дар. Она вообще была на удивление светлой. Странная, временами пугающая сила Сильвена не шла ни в какое сравнение с ее, мягкой и солнечной. Клотильда говорила, что лекарей всего двое в целом мире. Кто бы мог подумать, что вторым окажется она?!
Риган проигнорировал Сэма с изящным нахальством – с тем самым, с которым не замечал попытки Ульяны от него отделаться, притянул к себе жену и зарылся лицом в ее пушистые волосы, которые вились тугими колечками.
– Я скучал, Солнышко.
Услышать из уст такого мужчины слово «Солнышко» – все равно что увидеть мурлыкающего льва.
– Мы расстались два часа назад. – Смех Агнессы был приятным и мелодичным.
Она обняла мужа и взъерошила его волосы. Несмотря на показную небрежность и резкость, Ригана совершенно не смущало такое проявление чувств.
– Мне хватило. – Он подмигнул ей, а потом взглянул на Сэма и недобро прищурился. – Дела одолели, Шеппард? Грусть-тоска. Иди верши судьбы Вселенной, а мы с дамами пройдемся по магазинам.
Своей неприязни он не скрывал, и Ульяна невольно нахмурилась. Сэм приобнял ее, а она сжала его руку. Интересно, с какой радости ему пришло в голову отправить ее вместе с Агнессой и Эвансом, если они на ножах? Лучше бы она прошлась по магазинам с кем-нибудь из сотрудников Новой Полиции.
Сэм со свойственной ему отрешенностью пропустил шпильку мимо ушей, потянул Ульяну за собой. Они отошли на несколько шагов, и он тепло улыбнулся:
– Риган тот еще клоун, но с ним скучать не придется.
– Он не клоун, а нахал!
– Агнесса в случае чего его приструнит. Согласна провести с ними несколько часов?
– Как тебе вообще в голову пришла эта чудная идея?
– Сейчас он единственный, с кем я не побоюсь тебя отпустить. – Сэм нахмурился, и Ульяна встревоженно заглянула ему в глаза.
– Все так серьезно? Почему именно он?
– Серьезно. Я не хочу подвергать тебя опасности, а Риган, благодаря своей особенности, сильнее и быстрее любого, даже самого тренированного человека и пробужденного. А если рядом Агнесса, он становится идеальным охранником.
Ульяна удивленно посмотрела на него – и ревности как не бывало. Светлая проникновенная нежность к этому удивительному мужчине затопила все ее существо.
– Ты все это придумал ради меня?
– Уж точно не потому, что скучал по Эвансу. – Глаза его искрились весельем.
– А по Агнессе? – Ульяна не удержалась от смешка.
– Недостаточно, чтобы терпеть ее возлюбленного.
Она провела по его щеке кончиками пальцев.
– Судя по всему, с ними и правда не соскучишься. Но скучать я все-таки буду. По тебе.
– Я тоже. – Сэм с явным сожалением выпустил ее из объятий. – Но сегодня я вернусь поздно. Не хочу, чтобы ты надолго оставалась одна. Поэтому не выпускай их из виду и смотри, чтобы ничего не натворили.
– А они могут?
– Эти двое могут случайно даже мир уничтожить. Если их вовремя не остановить.
Отполированные до блеска полы, искусственный свет, пестрые витрины бесконечных бутиков, и нет им конца и края. Они обошли и объехали множество магазинов, Ульяна немного обновила свой гардероб: яркие краски, легкие юбки и платья, куртки и туфли – все, чтобы соответствовать солнечной Мальте и подчеркнуть настроение. А вот с платьем для вечера возникли сложности. Все, что она мерила, было либо слишком вычурным, либо сидело не по фигуре. Ульяна уже готова была сдаться, когда увидела его.
Платье было выставлено в витрине и словно дожидалось ее – тончайшее, невесомое, невероятно прекрасное. В пол, с плотным лифом, тонкой бретелью через плечо и изящным узором. Перехваченное под грудью стянутой тонкими складками тканью, из-под которого голубой шифон струился мерцающей дымкой. Подкладка позволяла соблюсти все приличия, и, увидев свое отражение в зеркале, Ульяна уже не смогла от него отказаться. К счастью, туфли и сумочка к нему нашлись в том же магазине.