– Остаточная энергия. – Лекарь покачал головой. – Она…
Сэм с силой оттолкнул его и склонился над Ульяной. Не хочет помогать – он сделает это сам. Энергия потекла сквозь пальцы, вливаясь в нее, Сильвен вцепился в него, отшвырнул в сторону, и тогда он ударил изо всех сил, в лицо. Вскрикнула какая-то женщина, лекарь пошатнулся, но устоял. Облизнул разбитые губы и шагнул к нему:
– Все кончено, Шеппард. Она мертва.
Внутри все оборвалось, тишина отсчитывала секунды одну за другой. Секунды осознания, что ее больше нет. Он смотрел на лекаря недоверчиво, зло, а потом опустился на колени, погладил Ульяну по щеке, чувствуя только холод. Глаза закрыты, на сухих потрескавшихся губах застыла улыбка, но лицо безмятежное и счастливое. Ее не вернуть, с законами природы не тягаться даже силам пробужденных. Лед в груди разрастался, только теперь это был не страх – нечто чуждое и пустое, вымораживающее сердце, душу и разум. Вокруг собирались люди, но ему было безразлично. Он видел только ее: возлюбленную, которую не сумел защитить.
– Шеппард, – негромкий оклик Сильвена вывел из оцепенения, и Сэм резко поднялся. Против законов природы не пойти, но можно повернуть время вспять.
– Где Зиновьев?! – прорычал он. Гаду сейчас бы молиться, чтобы его дар не отказал, потому что иначе он превратит последние часы его жизни в ад.
Лекарь перехватил его у выхода из отеля, несмотря на разницу в росте, сильно припечатал к стене.
– Не делай того, о чем потом пожалеешь.
Сэм с силой оттолкнул целителя:
– Не лезь не в свое дело.
– Я знаю, что ты чувствуешь, – прошипел Сильвен. – Я тоже прошел через это. Но если позволить ему отмотать время, он получит фору. Они все получат. Все эти люди умрут.
Лекарь говорил разумные вещи, вот только ему теперь наплевать, даже если полмира окажется в руинах. В зале лежала Ульяна – безжизненная, выпитая досуха силой, с которой не сумела совладать. Эта женщина стала его радостью, счастьем, его жизнью, но в ней самой не осталось и толики жизненной силы. Все по вине этого гада!
– Уйди с дороги, – процедил он.
Сильвен отступил, сложил руки на груди.
– Прежде чем наделаешь глупостей, подумай о ней. Она любила тебя, Шеппард. Умерла, чтобы ты мог жить дальше. Прими этот дар.
Сэм закрыл глаза и представил ее. Растрепанные ветром волосы, сияющие глаза, улыбка, тепло нежных рук. Любимый, родной образ.
Не говоря ни слова, Сэм развернулся и направился назад, в зал: нельзя оставлять ее одну. Его шатало из стороны в сторону, как пьяного, перед глазами то и дело темнело, но он не смотрел ни на кого и не слышал обращенных к нему слов. Молча поднял Ульяну на руки, молча пошел к выходу, и люди расступались перед ним.
– Нашлась наша пропажа. Зиновьева обнаружила береговая охрана на дрейфующей яхте. Ульяна приковала его к поручням, к тому же в кандалах из металла.
– Где он?
– Уже в Городе, я об этом позаботилась. Краснова и Сухарев тоже, сейчас их допрашивают.
– В Монако все утрясли?
Клотильда хмыкнула:
– Разумеется. Об этом не переживай. Если тебе что-нибудь нужно…
– Мне не нужно ничего. – Сэм не отрываясь смотрел на лежащую на кровати Ульяну, за несколько минут битвы с Сетью постаревшую на десятки лет. Энергетический кокон, не позволяющий тлену коснуться ее, окутывал тело тонким покрывалом. – Спасибо.
Создание портала было возможно исключительно в коридор, в Мертвом городе дар не действовал. Из-за близости металла здесь сбоило даже электричество, поэтому путь освещали факелы. Тяжелая плита, расчерченная крупными витыми узорами, пошла вверх, когда страж повернул ключ, вложив его в резное отверстие в стене. Уже на подходе к Городу Сэм перестал чувствовать силу, но внутри его словно накрыло давящим колпаком.
Древние построили в пещерах Город, напоминавший высоченную многоступенчатую пирамиду. Рукотворное – каменные этажи, ниши и лестницы – сливалось с творением природы – пробивающимся в самом низу из-под камня металлом. Вход располагался посредине, стараниями Милы Аверс балкон, смотровая площадка напротив и помещения за ними превратились в руины. Верхние уровни по-прежнему были отведены под библиотеку, нижние переоборудовали в камеры. На первом этаже чернели тоннели заброшенных шахт.
Сэм быстро спустился по лестнице к рабочему помещению. Здесь проводили свое время дежурные стражи, в основном бывшие военные. Им платили хорошие деньги за работу, за которую не каждый бы взялся. Пробужденных среди них не было, жизнь под землей – пусть даже посменно, в непосредственной близости от подавляющего металла – испытание не из легких.
– Вы на допрос? – уточнил тюремщик, тяжело поднимаясь из-за стола. Невысокий, коренастый, он был на две головы ниже Сэма.