— Господин маг, эй, господин маг, ты чего тут сидишь? — от голоса прислуги Митя вздрогнул, растерянно заморгав. — Ну так чего? Уработался? Ступай спать, нечего тут носом клевать, — проворчала Лукерья.
— Ваша правда, Лукерья Ильинична, пойду я, — согласился маг.
— Иди. И вот еще что, ты не серчай, но или я в доме, или эта цаца столичная, потому как еще раз услышу ее наказы, не взгляну, что зеркальщица, так черпаком и огрею, — поделилась кухарка.
— Я постараюсь найти ей другой место. Потерпите, пожалуйста, — попросил Митя, умоляюще глядя на женщину.
— До конца недели, не больше, — погрозила ему та и, развернувшись, пошла на кухню.
Маг же, едва добравшись до кровати, уснул и спал без снов.
***
Утром, встав поздно, он не застал ни Стешку, ни Елену Александровну. Взглянув на часы и выругавшись, Митя поспешно привел себя в порядок, оделся и, отказавшись от завтрака, отправился по делам.
Поход к старушке много времени не отнял. Та, встретив мага, показала ему и деда и бадейку, сегодня пустую.
— Не лью туда боле воды, он и сидит смирно, — поделилась бабулька с Митей, — а уж если надобно, то принесу в ведре да сразу пользую, на грязную он ужо не зарится.
На всякий случай маг осмотрел деда и, не найдя магического вмешательства, посоветовал сводить его к врачу. Однако старая лишь отмахнулась:
— Многоль ему жить то осталось, господин маг, пущай на печке сидит, а то еще запрут в скорбный дом и поминай как звали.
— Что ж, дело ваше, — согласился Митя, еще раз оглядел кадку и, заверив что чужой волшбы не находит, покинул дом.
Размышляя о частом, в последнее время, помешательстве у людей разного возраста и профессий, Митя и сам не заметил, как забрел на выселки. Более того, он оказался на той улице, где под видом старухи Пелагеи скрывалась Варенька. Сам не зная зачем, маг решил взглянуть на ее дом, и тут его ждало неприятное открытие.
Безглазые, почерневшие от огня стены, провалившаяся крыша, да пожранный пожаром забор. Вот и все, что осталось от ведьминого убежища. Митя смотрел на пепелище, на трубу, похожую на указательный палец, грозящий кому-то там наверху, и на душе его скребли кошки. Ничего нынче не осталось от Вари. Аптекарский дом принадлежал новой хозяйке, этот сгорел дотла, а сама Варенька исчезла где-то в казематах Ордена Зеркальной магии. Да и жива ли она? Может это знак, что казнили ее. Да только он, Митя, этого не узнает.
Мимо ковыляла побирушка и Митя, не сдержавшись, обратился к ней:
— Не подскажете, давно ли дом сгорел?
Бабка глянула на него с прищуром, как бы оценивая — позволительно ли говорить, или перебьётся. Но все же смилостивилась:
— Да неделю назад полыхнуло, будто кто керосина плеснул. Сам разве не чуешь, гарью так и тянет, — ветер, услужливо сменивший направление, теперь дул с болот, и маг ощутил кисловатую вонь пожарища. — То-то же, — закивала старушка. — Да только ты, господин, туда не лезь, поганый домишко был, ведьма в нем жила. Говорят, ее у той трясине, что за домом, и утопили. А она все шарогакалась по ночам, все поблескивала свечой в окошках.
— Как это, шарогакалась? — не понял Митя.
— Да знамо как. Ведьмы ж спокойно не мрут, вот и эта шлындалась неприкаянной душой, так что может и к лучшему, что дом сгорел, теперь ходить не станет, — бабка мелко перекрестилась, подслеповато глядя на небо. Затем плюнула через плечо трижды и, не прощаясь, засеменила прочь, оставив Митю один на один с мыслями.
А мысли оказались не из простых. Не погибла ведьма, да и призраком стать не так уж просто. А значит, некто ходил по Варенькиному жилищу, по ночам ходил, чтобы не видели, а значит искали что-то. Тут искали и у Лазина появлялись. Бывают ли такие совпадения? Едва ли.
Но вот вопрос, где еще могли появиться незваные гости, ведущие поиски невесть чего?
Ответ пришел сам собой. А едва Митя понял это, как со всех ног бросился бежать, не обращая внимание на глядящий ему в след люд.
Остановив на улице паровик, он буквально считал мгновения до прибытия на место. Едва машина остановилась, как маг выскочил из нее и тут же приметил городового, стоявшего у входа в аптеку.
— Департамент зеркальной магии, — рявкнул он, доставая зеркальце, — докладывайте.
— Ограбление тут, господин, вот и вызвали нас, — удивленно глядя на Митю ответил служивый, — да только тут не по вашей части.
— Это я сам решу, — отмахнулся маг и вошел внутрь.
Звякнул колокольчик, задребезжало стекло в шкафах. Ульяна с мамушкой сидели тут же в зале, в ночных сорочках, кутаясь в шали. Напротив устроился еще один городовой, который, слюнявя карандаш, старательно вел запись в блокноте.