Он улыбнулся ей в ответ и решил, что лучшее место для прогулки этим вечером станет набережная. Туда они и направились.
Вечер пролетел словно миг. Выпив кофе с круасанами в кафе, Митя проводил Ульяну Семеновну до дома и, откланявшись, направился к себе.
В прихожий его встретил Добряк, пес вертелся у ног, всем своим видом показывая, что скучал. Не раздумывая, маг взял поводок и отправился выгулять пса. Все то время, пока Добряк, довольный свободой, носился по вечернему парку, Митя, сидя на скамейке, вспоминал давешнюю прогулку, и на сердце становилось тепло.
Вернувшись домой, он хотел незаметно проскользнуть к себе, но его выцепила прислуга:
— Что-то ты загулялся, господин маг, — Лукерья Ильинична поджала губы. — Я уже и со стола все убрала, раз барыни отужинали.
— Ну тогда и я перебьюсь, — Митя пожал плечами.
— Ну уж нет, всех подряд кормлю, а хозяина с пустым животом на покой отправлю? Как бы не так, — и кухарка, ворча под нос что-то о загостившихся дамочках, направилась на кухню, и Митя послушно направился за ней.
Перекусив хлебом с заливным, да запив все квасом, он поблагодарив кухарку и ушел спать, но будильник поставил так, чтоб завтра первым оказаться в Департаменте.
***
Встав затемно, Митя поскорее оделся и не выходя из комнаты, сквозь зеркало для бритья, открыл портал.
К его удивлению, он вовсе не оказался первым, кто прибыл на работу. Из открытого подвала доносился шум и ругань денщика.
Хмурясь, маг спустился по ступенькам. На всякий случай заготовив заклятье и заглянув под лестницу, крикнул:
— Захар, это ты там?
— Ох ты ж господи, — вздрогнул тот, оборачиваясь к Мите и держа кочергу наперевес, — напугали вы меня, господин маг, я-то думал, что нету тут никого.
— Я только прибыл, а ты что здесь делаешь?
— Да как что? Вот пытаюсь паровой нагреватель так подстроить, чтоб лишнего не жарил, а тепло давал в меру, на улице то уже совсем лепота, — денщик смахнул рукой со лба выступивший пот, — но ежели вам что надо, так скажите.
— Нет, нет, ничего, разве что скажи, вчера, после моего ухода, сюда никто не спускался?
— Елена Александровна вроде как бумаги хотела искать. Но опосля передумала, сказала завтра найдет, но я ей про наш уговор ничего не говорил, могила, — заверил денщик.
Маг огляделся. Зеркальце с подвешенными на него заклинаниями, припрятанное так, чтобы отражать шкаф в архиве, оставалось темным, значит и впрямь никто сюда не совался. Коротко кивнув, Митя направился в свой кабинет, но и тут вышла неудача. Сейф остался нетронутым. Зеркало, которое Митя разместил в укромном месте, ничего подозрительного не показало, а значит никого тут не было.
Больше ради проформы, чем надежды для, он направился в кабинет ведьмы. Открыл дверь и почти сразу ощутил сквозняк. Насторожившись, он метнулся к окну, но на пол пути что-то отвлекло его. Нечто такое, чего тут быть никак не должно, и оттого смотрелось оно сюрреалистично и даже нелепо.
У двери в запретную комнату лежал, скрючившись, мальчонка. В темной одеже, босой и бледный как полотно, даже рыжие волосы, казалось, выцвели, как сухая листва. Однако же Митя враз признал в нем того паренька, что довел его до дома на выселках, и у которого он после отобрал перочинный ножик.
Склонившись над ребенком, маг прижал пальцы к жилке на тонкой шее и с большим трудом ощутил слабое биение.
— Ах ты ж зараза, — выругался маг и, подхватив ребенка на руки, бегом бросился в приемную к переходному зеркалу.
Захар, как раз вышедший из подвала, вылупился на него так, будто черта увидал, не меньше. Денщик даже перекрестился, но Мите было не до чужих страхов.
— Звони мне домой, Степаниду в госпиталь живо! — рявкнул он и на бегу нырнул в распахнувшейся зев портала.
Оказавшись в госпитале, маг оглядел по-утреннему сонный вестибюль и, приметив санитарку, тутже потребовал:
— Зальцмана срочно сюда!
Женщина, не задавая вопросов, метнулась куда-то в боковой проход, а маг опустился на ближайшую кушетку. Он разглядывал лицо ребенка пытаясь понять, как же так вышло, что малец оказался у них в департаменте? Зачем залез?
Неутешительный вывод напрашивался сам собой — ему кто-то приказал. А кто знал, что мнимый артефакт у Стешки в каморке? Только Лебедева. Митя тряхнул головой. Откуда бы волшебнице знаться с ребенком, да так, чтоб он для нее поручения выполнял?
Может он чего-то о ней не знает? Может упускает что?
Впрочем, сейчас это было не суть важно, Митя вовсе не желал мальцу такой участи, и сжимая его тело, мысленно вспоминал слова молитвы, которой учила его бабушка.