— Простите, Дмитрий Тихонович, никак нельзя. Выйдите из переулка и обождите там снаружи. Я вас позже опрошу.
— Да почему нельзя то! — вспылил Митя, резко вскакивая и сверля Егора пронзительным взглядом.
— Потому как вы убитому угрожали. А теперь вдруг рука дрогнет и око повредите так, что не считать виденное им в последний миг? Прошу, не будем звать Чухова, чтобы он и вас следом за Собакиным вывел. Выйдите сами и вызовите Степаниду Максимовну.
От досады Митя так крепко сжал ланцет протезом, что блестящая сталь не выдержала и погнулась. Взглянув на испорченный инструмент, маг сунул его в карман и широким шагом покинул проулок, оставив Егора Поликарповича наедине с телом. Затем достал гербовое зеркало и, применив силу, позвал Стешку.
— Ну что еще там? — ведьма была в белом платке, удерживающем волосы, видимо, колдовала над зельем. — Говори скорее, я занята.
— Степанида Максимовна, оставьте ваши дела и прибудьте к кухмистерской на Черниговской улице, да побыстрее.
— Елену Александровну зови, а мне некогда.
— Это приказ, — повысил голос Митя. Стешка зыркнула на него сердитым зеленым взглядом и зло сдернула с головы платок, от чего рыжие волосы рассыпались по плечам.
— Ждите, буду, — буркнула она и оборвала связь.
Не прошло и пяти минут, как ведьма, придерживая юбку, легко выпрыгнула из той же витрины, что и Митя до нее. Зеваки, среди которых болтался и журналист Собакин, недовольно загудели, будто видели зеркальщиков впервые.
— Ну и зачем я понадобилась? — поинтересовалась Стешка, поправляя на плечах накидку с сутажным воротником.
— У господина Иконина спроси, — скривился Митя. — Да, кстати, у тебя набор для сбора улик с собой?
— С собой, — ведьма насторожилась, — а что стало с твоим?
— Вышел из строя вместе с хозяином. Все, хватит глаза людям мозолить, иди работай, — он подтолкнул ведьму в переулок, и Чухов, как раз вышедший глянуть, не прибыла ли зеркальщица, поприветствовал ее, подняв фуражку.
Стешка еще раз растеряно взглянула на Митю, а затем скрылась за углом. Сам же маг остался на улице, подпирать стену дома, в котором располагалась кухмистерская, и, возможно, давать лишний повод для пересудов и разговоров среди простых людей и беспокойных писак.
Пока Митя ждал, когда ведьма осмотрит тело да соберет улики, он в задумчивости осматривал окрестности. Если убийца бежал из проулка в эту сторону, то его отражение наверняка можно отыскать в одной из магазинных витрин, выходящих на улицу. Другое дело, если он ушел дворами да подворотнями, что скорее всего, вот тогда попробуй найди его.
Пока маг размышлял, подъехало еще два паровика с городовыми. Выпрыгнув из машин, они деловито принялись оцеплять территорию, разгонять зевак и наводить порядки.
Дверь рядом скрипнула, и на улицу выглянул Тема. Приметив Митю, паренек бочком двинулся к нему и, встав рядышком, прошептал:
— Господин маг, вы ж больно много добра нам сделали, я все помню, и братца моего Иваську спасли. Так что вы только подскажите, что мне отвечать, я так и совру.
— К чему это тебе врать, Тем? — удивился маг. — Ты уж говори, как есть. За скандал в общественном месте у нас еще не сажают, а скажут штраф выплатить, так оплачу.
Половой растерянно взглянул на Митю:
— Вы уверены, Дмитрий Тихонович, что мне всю правду говорить надобно?
— Конечно, как иначе.
— Ну воля ваша, — Тема поклонился и нырнул обратно в помещение.
Между тем из переулка показалась Стешка в сопровождении сыщика. Маг тут же двинулся им навстречу:
— Ну как, осмотрела? Око изъяла? Голос записала?
— Все сделала, не волнуйся, хотя, конечно, сноровки маловато, надо бы в холодной потренироваться поболе. Устроите мне доступ, Егор Поликарпович? — ведьма улыбнулась сыщику.
— Давайте без любовных заигрываний, — оборвал ее Митя. — Тебе объяснил господин Иконин, отчего это все делала ты, а не я?
Ведьма кивнула.
— Славно. Тогда теперь еще раз осмотри труп магическим зрением. А после поищи следы магии. Да пройди в обе стороны от проулка, погляди отражения, в которых мог бы отразиться убийца, когда убегал. Поняла?
— Да поняла я уже. Но ты учти, я Егору сказала, что все это бред сивой кобылы, не стал бы ты дядьку этого резать, так ведь? — она пристально посмотрела на мага.
— Стеш, ну ты еще спрашиваешь! Конечно не стал бы. Я же не душегуб какой. Вон сама погляди, Собакин все еще живой бегает, а уж сколько он мне крови попил, всем известно.
— Я тебе верю, Митя, но все это скверно выглядит, — ведьма вздохнула и, погладив друга по руке, пошла обратно в переулок. Вместо нее к нему подошел Егор.