— Это же Митя, — Стешка подошла неслышно, глаза ее покраснели от слез, а лицо пошло пятнами, — вы же знаете его, он вам жизнь спас, так неужели не пойдете вы ему навстречу, не дадите шанс на оправдание? Я понимаю, что шанс тот столь мал и невероятен, что и говорить о нем смешно. Но он есть. Да я ночами спать не буду, сама в подземелья пойду, город переверну, но узнаю, что за гадина на дядь мага напраслину возводит.
— Степанида Максимовна, я вас одну в трущобы не пущу, — тихо молвил сыщик, — соберетесь, так вместе пойдем, всех людей своих подключу, но правду отыщем.
— А что, если правда в том, что это Дмитрий Тихонович убийца? — усомнилась волшебница. — Разве вы не заметили, какой он стал в последнее время? Злой, не сдержанный, кидается на людей, применяет силу к коллегам! Что если магия свела его с ума? Да, не смотрите на меня так, это случалось и раньше, не все выдерживают магическое напряжение, оттого и бегут прочь, уходят в изгои, лишь бы их не заставляли колдовать и сходить с ума. Не знали об этом? Так вот знайте!
— Это не он, — ведьма насупилась, — и если за три дня я.
— Мы, — подсказал Егор.
— Мы, — поправилась Стешка. — не найдем улик, оправдывающих Митю, что ж, отправляйте свои документы в столицу.
Лебедева глядела на Степаниду, потом на Егора, затем на Митю, ожидающего ее решения, словно она и есть судья, и, наконец, вздохнув, взглянула на потолок:
— Видит бог, я хотела поступить по букве закона. Но пусть будет так. У вас два дня на то, чтоб доказать, что господин Демидов невиновен, и не минутой больше. После я отсылаю документы в столицу.
Стешка молча кинулась на шею Лебедевой, и та растерянно похлопала ее по спине.
— Мы не подведем, — Егор подмигнул другу и быстро покинул департамент. Ведьма же утерла вновь выступившие слезы и побежала в свой кабинет, оставив Митю один на один с волшебницей.
— Спасибо, Елена Александровна, — просто молвил маг.
— Полно вам. Все это выглядит скверно, крайне скверно, именно так, как если б ситуацию спланировал некто похитрее, чем вы, Дмитрий Тихонович, уж не обессудьте.
— Никаких обид, -заверил ее тот.
— Вот и славно, и я надеюсь за эти два дня форы, что я дала вашим друзьям, вы не подведете меня и станете сидеть тише воды ниже травы.
— Именно так, — маг кивнул.
— Прекрасно, а теперь я пойду подумаю, чем вам можно помочь. А вы отдохните, больше тут заняться нечем, или может книгу какую принести?
— Нет, спасибо. Я лучше посплю, — заверил ее Митя, и волшебница удалилась.
После нее у двери появился Захар и протянул магу подушку и плед:
— Так поуютнее будет, господин маг, — улыбнулся денщик. — Отдыхайте и если что надо, кричите меня. Я тута недалече. Услышу.
— Благодарю, Захар, благодарю, — маг потер плечо, — если вас не затруднит, я бы черкнул записку, и надо бы ее доставить адресату.
— Это сей момент, — обрадовался денщик и ушел выполнять просьбу, а вернувшись протянул бумагу и карандаш магу.
Митя, устроившись у столика, долго смотрел на пустой лист, а после вывел криво и нечетко, так как протез плохо слушался: «Услышанному не верь. Твой Митя».
Сложив записку, он кликнул Захара:
— Лично в руки аптекаря Ульяны Семеновны, только ей и никому больше.
Захар тут же спрятал записку во внутренний карман и, важно кивнув, ушел.
Митя же, чтоб не терзаться пустыми надеждами, лег спать. Подсунул подушку под голову, укрылся пледом и, едва подумав, откуда Захар их добыл, провалился в благословенную дрему.
Маскарад часть 6
Проснуться его заставил чей-то плач. Морщась от того, что отлежал на жесткой скамье бок, маг сел на лавке, потер рукой глаза и, взглянув на дверь, тут же вскочил.
— Ульяна Семёновна! — только и смог вымолвить он.
Девушка сидела у двери на стуле, видно денщик позаботился, и всхлипывала, утирая слезы белым батистовым платочком с вышитыми алыми нитями инициалами.
— Ульяна Семеновна, — тяжело повторил Митя, опускаясь по другую сторону решетки на колени. — Простите меня. Я, право слово, не стою ни единой вашей слезинки, ну же, взгляните на меня, прошу.
— Нет, Дмитрий Тихонович, у меня от плача нос краснеет, чего уж я позориться буду, — прогнусавила аптекарь и вновь всхлипнула.
— Для меня, душа моя, вы с красным носом даже краше будете, — заверил ее маг и, протянув руку сквозь решетку, погладил девушку по руке.