— Прямо, — зло отозвался Антон.
— Дверь не забудь запереть на ключ, — приказала я и смело шагнула с крыльца. Прямо — так прямо.
Теперь, когда я полностью экипирована, лес меня даже нисколько не пугал. Пауки и летучие мыши ни за что не запутаются в волосах, так как на голове нахлобучена шапка с козырьком и ушками. Но не из-за ушек я выбрала ее, а из-за надписи: «С нами вы обречены на успех», да и ушки можно поднять наверх, если станет слишком жарко, чтобы шея немного проветрилась. Ядовитых змей и прочих ползучих тварей я тоже не опасалась — змеям не прокусить ни берцы, ни штаны. Не помешало бы на руки тоже натянуть перчатки. Впрочем, это не та проблема, при желании я это легко сделаю — кожаные перчатки преспокойно лежали в кармане куртки.
— Запевай! — скомандовала я и тут же затянула: — Спой песню, как бывало, отрядный запевала…
— Мама, — простонал Антон, отставший от меня уже на несколько шагов, — у тебя в репертуаре есть другие песни?
— Есть, — бодро отозвалась я, даже не обернувшись, и сразу запела другую: — А ну-ка, девушки! А ну, красавицы! Пускай поёт о нас страна! И звонкой песнею пускай прославятся среди героев наши имена!
Я бодро шагала вперед, как сказали, совершенно уверенно, словно знала, куда именно надо идти. И даже не оглядывалась. А зачем? За мной шли двое, если я ошибусь, подскажут, наставят на правильный путь.
Я пропела до конца одну песню, сразу же затянула другую — у меня не просто хорошая память, ко всему прочему я еще и долго живу. Вот современным маршевым песням не обучена. Пусть меня простят.
Собачонка выкатилась вперед.
«Ожила, — по-доброму подумала я о ней. — Правда, теперь все время путалась под ногами. Но так даже веселее, если я запнусь о нее и полечу вперед вместе с рюкзаком».
Глава 4
— Не хочешь помочь мне? — спросил Антон у Дона.
— Нет, — усмехнулся тот. Если бы попросила Лио — другое дело. Ей бы он не отказал, но она прекрасно со всем справлялась сама. Опять же она сказала на подножном корму, значит, на подножном. Захотел взять прокорм, пусть сам и несет.
— Ой ли, сама — обиделся Антон. У него уже не осталось сил тащить неподъемную сумку. И на плечи, как рюкзак, ее не закинешь — ручки слегка коротковаты. А Лио идёт так, словно её ноша ничего не весит. — Ма, — застонал он, совершенно не притворяясь, — давай организуем привал. А? Сил уже нет идти.
— У тебя и нет сил?
Лио прекратила петь и, обернувшись, удивлённо уставилась на сына. Ей всегда казалось, что у её неугомонного мальчика «батарейки никогда не кончаются», — он всегда готов мчаться куда угодно, в любое время дня и ночи. Это ведь его идея была поехать на рыбалку.
* * *
— Здесь недалеко протекает ручей, дойдём до него, там и отдохнём, — предложила я.
— И откуда ты знаешь, что здесь недалеко ручей? — удивился Антон.
— Не знаю, — я пожала плечами. Действительно, откуда я могу знать? Но в то же самое время я прекрасно чувствовала свежесть ручья.
— А ты спрашивал, зачем ее брать с собой? — негромко обратился Антон к Дону.
— О чём вы там шепчетесь? — тут же переспросила я.
— Я спросил нашего друга, — отозвался Антон, — не устал ли он случаем?
Теперь я, фыркнув, скептически окинула недовольным взором и красноволосого красавчика. Если бы и он сказал, мол, устал, то я решила бы, что после попадания в меня и дом молнии, у меня неожиданно проснулись дремавшие до этого сверхспособности — я и не притомилась, и неподъемный рюкзак пру, как тягловая лошадь, но при этом у меня такое чувство, что рюкзак ничего не весил.
— Ты тоже хочешь отдохнуть? — я чуть не запнулась за собачонку, кинувшуюся мне под ноги. — Если и ты скажешь, что пора устроить привал, то мы остановимся прямо там, где стоим.
— Да нет, — тявкнула собачка, — предпочту отдохнуть у ручья, до которого на самом деле мы уже скоро дойдём.
— Что? — опешила я и остановилась как вкопанная. — Она говорящая? — протянула я испуганно и повернулась к Дону. Ведь это его псина. — При этом говорил ещё и по-русски. Я сошла с ума?
— Нет, — покачал Дон головой, а потом кивнул: — Ага.
На этот раз он обошелся без помощи Антона в качестве переводчика.
— Не поняла, — проговорила я жалобно. — Так сошла или нет?
— Нет, — тявкнула снова собачонка.
Дон что-то гортанно прокричал ей, и та, залаяв и завиляв хвостом, тут же умчалась прочь.
У меня даже слезы появились на глазах.
— Это такое место, — попытался утешить меня Антон. Только получалось у него слабо. Я продолжала чувствовать себя слегка не в себе. — Здесь ты можешь понимать язык зверей и птиц.