— Как тебе удалось сохранить свою одежду сухой? — удивлённо спросил Дон, когда спустя совсем короткое время Лио, полностью одетая, появилась из-за сарая.
Только теперь на ней была футболка и лёгкая курточка-ветровка, а вместо безразмерных штанов с множеством карманов были надеты элегантные джинсы, но карманов на них было ничуть не меньше, чем на предыдущей одежде. Видимо, у Лио страсть к большому числу карманов на одежде. На ногах красовались беленькие кроссовки — не самая подходящая обувь, чтобы топать в них по дороге, когда вода уйдёт.
— Рюкзак у меня не промокаемый, это раз. А ещё я все вещи в нём упаковала в полиэтиленовые пакеты, такие специальные с замочками. Так-то, — игриво тряхнула я головой. — Они и не такой напор стихии выдержат.
Все живы — это не могло не радовать. Сапог и штанов, конечно, жаль, но с ними я бы не выплыла, а без них как-нибудь проживу. Хорошо, что все ценные вещи из штанов рассовала по карманам рюкзака. А вот без сумки с провизией, исчезнувшей в пучине, нам не прожить. Неизвестно, сколько придётся проторчать на этом острове и в этом сарае.
— Фляжка! — закричала я истерично.
Мы быстрее помрем от жажды, чем от голода.
— Вокруг тебя вода, — хмыкнул Дон. — Хоть упейся.
— Но…
Впрочем, если её прокипятить, то Дон прав, хоть упейся. Но чай без сахара, лимона и заварки надоест очень быстро. Мне и так уже до безумия хотелось обычной корочки хлеба с колбаской. А что будет, когда мы выберемся с острова? Если ещё выберемся.
— Амплификация, — протянула я.
— Что? — переспросил Антон. Он знал, что я любила иногда показать учёность и говорила непонятно, но такого слова он от меня раньше не слышал.
— Зря мы ушли с дачи, — покачала я головой. — Я сказала одним словом, что мы вложили в достижение цели больше усилий, чем необходимо. Пример — выстрелить по одинокому воробью из пушки.
— Почему это?
Антон только поднял голову, продолжая лежать на земле возле дверей сарая.
— Куда мы идём? И зачем? — пожала я плечами. — Так же как вариант амплификации можно рассматривать все наши действия до этого, — махнула рукой, — как, впрочем, и в будущем.
— Почему это? — теперь спросил Дон. Ему тоже было совершенно не понятно, что я хотела сказать своими словами.
— Мы слишком подробно планировали наш путь в условиях отсутствия в достаточном объёме исходных данных и наличия сильно влияющих на результат неопределённых или случайных факторов. Разве не так? Вы могли представить, что где-то в горах пройдёт дождь с грозой и танцующим и поющим эхом ударит по нам. Что вы знаете об этой местности? Поделитесь своими наблюдениями.
— Откуда ты решила, что дождь прошёл в горах? — хмыкнул Антон.
Он, наконец, принял вертикальное положение и уселся, привалившись к стене.
— Ну это совсем просто.
Я присела на корточки рядом с сыном.
— Если бы дождь прошёл на равнине, ничего бы не случилось. Вода ровным слоем растеклась бы по полям, и все, — покачала головой. — А судя по тому, что произошло, где-то в горах прорвало плотину.
— Можно сказать, нам почти повезло — мы не успели далеко уйти от сарая, — улыбнулся Дон, садясь на землю рядом с Антоном и беря меня за руку. — Не грусти, что-нибудь придумаем.
— Да, кстати, — я осторожно освободила свою руку, — у меня найдётся в рюкзаке ещё одна фляжка. В ней может оказаться вода?
Дон неопределённо пожал плечами.
— Если в ней была вода, — то почему нет?
— Была, — обрадовалась я. — Я всегда наливала её полной… На всякий случай.
Я поднялась на ноги и, порывшись в своём необъятном рюкзаке, извлекла из него почти такую же фляжку, что носила раньше в своих штанах.
— Вот.
Протянула её Дону. Но тот лишь покачал головой.
— Открой и проверь сама, — предложил он, а сам прошептал: — Доннер Веттер, — и мысленно щёлкнул хвостом.
Я осторожно открыла крышку и поднесла фляжку к губам — никогда не ленилась и каждый вечер перед сном меняла в ней воду на ту родниковую, которая никогда не кончалась в другой фляжке. Напилась с наслаждением.
— Кто хочет? — предложила остальным.
Жизнь-то налаживалась.
Глава 12
Вода уходила медленно.
Правда, уже три дня спустя, она едва доходила даже мне до пояса. Но идти куда бы то ни было в любом случае ещё было нельзя, когда непонятно, отыщется ли сухой стожок для ночёвки.
Я тихо сходила с ума от безделья, другие тоже. Плохо приходилось не только мне, но и Адису — и мне, и пёсику, деятельным натурам, не привыкшим сидеть на месте, хотелось постоянно куда-то бежать и что-нибудь делать. Мы с Адисом по нескольку раз на дню выскакивали из сарая, обегали его — может, появился проход в непрерывной водной глади.