— Вот как? — удивилась я.
А раньше считала, что боевая раскраска свойственна только женщинам в нашем мире. И совершенно не важно, есть ли в рабочем коллективе мужчины. А здесь, видите ли, перед мужчинами не может предстать в своей естественной красоте.
Служанка быстро подкрасила мне ресницы, пробежалась лёгкой кисточкой из беличьего хвоста по щекам и носу, нанося тонкий слой пудры и придавая коже ровный матовый оттенок. Губами занималась несколько дольше.
Когда служанка отошла в сторону, чтобы я смогла оценить плоды её трудов, то не узнала себя — из зеркала на меня смотрела совсем не я, а не знакомая девушка.
— Это я? — спросила удивлённо.
— Конечно, вы, — улыбнулась довольная служанка. Лучшей похвалы она и не ожидала.
— Идём? — выразительно повела глазами я, так сказать пристреливаясь.
— Ещё одна деталь, — снова остановила мой порыв девушка. — Накидка… Никогда не пренебрегайте этим атрибутом одежды. На поясе под ней можно спрятать острый кинжал, пузырёк с ядом или магические артефакты.
Я недоверчиво взглянула на свою наставницу. Что это с ней? Служанка вдруг перестала оборачиваться к двери и начала смело предлагать довольно странные вещи.
— Колдовать я не умею, — пожала я плечами. — Клинками не владею, а яды… — скривилась недовольно. — Не видеть, как корчится в муках твоя жертва… Нет, это не для меня.
Говорила специально громко и чётко, чтобы каждое мое слово расслышал тот, кто мог нас подслушивать — я приняла игру. Но накидку надела, зацепив её на плечах большой булавкой. Ничего, со временем справлю дорогую застёжку. Лучше… Что они ту предпочитают? Явно не золото…
— Как войдёте в зал, — наставляла служанка, провожая на обед по длинным коридорам, — опустите смиренно голову и присядьте неглубоко, слегка приподнимая юбку. Носки ваших туфель мужчины должны увидеть, чтобы по ним оценить изящество ваших ножек.
«Ага, — фыркнула я, — в самый раз смогут оценить красоту моих ног по растоптанным за время пути кроссовкам. Или все они извращенцы?»
Мне даже не дали передохнуть перед входом и собраться с мыслями — дверь, как по волшебству, распахнулась, и меня буквально впихнули в зал. Наука служанки мгновенно выветрилась из головы, как только я увидела свой рюкзак посередине комнаты с двумя гренадерами рядом и спутанного Ронни, которого на растяжках держали, похоже, самые сильные воины. Вот только они не знали, что захоти мой кот освободиться, сделал бы это играючи — и целая армия его бы не удержала.
— Объяснитесь, пожалуйста, — гневно обратилась я, найдя его глазами, к мужчине, которого служанка называла «ваша светлость» и боялась при этом до ужаса.
Действие первое – я делаю вид, что он мне безразличен.
— Вас не учили вежливости? — даже не повёл бровью его светлость.
Действие второе – он делает вид, что я ему безразлична.
Я подхватила юбку своего платья, подняла её, чтобы продемонстрировать всем окружавшим мужчинам свои кроссовки, едва не запутавшись в накидке, присела и даже мило улыбнулась. Все — как обучали меня совсем недавно.
— Все? — спросила я сурово, когда реверанс закончился. — Теперь я жду от вас исчерпывающего ответа.
Действие третье — все будет так, как я запланировала. Жизнь — всегда и во всем игра.
Мужчина оставил локти на стол, за которым продолжал сидеть, когда в зал ворвалась, как вихрь, его гостья, подпёр подбородок кистями рук и неожиданно улыбнулся.
— Вам смешно? — рассвирепела я по-настоящему.
— Нет, не очень, — покачал головой мужчина, но улыбка с его лица не исчезла. — Как ты все же похожа на неё.
Я проследила за его взглядом — тот смотрел и на меня, и не на меня, а куда-то поверх головы. Обернулась и, растерявшись от неожиданности, замерла, не смея шелохнуться — с портрета на стене смотрела я сама с белым тигром на руках. А у меня белый кот. Права была служанка, если мои волосы перекрасить в белый цвет, то от дочери его светлости не отличить. Но я не дамся, не позволю портить волосы.
— Удивлена? — спросил мужчина. Его взгляд утратил смешливость, а губы сжались в тонкую прямую линию. — Я обещал отдать свою дочь замуж за императора, я выполню своё обещание чего бы мне это ни стоило.
— Вот как? — я с не меньшим удивлением посмотрела теперь снова на мужчину, как совсем недавно на портрет. — Вы обещали отдать дочь императору, вот и отдавайте. А я-то тут при чём?
— Моя красавица…
Мне стало приятно.
— Исчезла, пропала. Время подпирает. Срок подходит. А предъявить императору некого. Но сейчас я могу быть спокоен, — мужчина улыбнулся снова. Только теперь улыбка получилась злой, хищной. — Немного магии и от герцогини Роксаны вас не отличить.