Антон снова истерично расхохотался.
— Отец, это я. Ты не можешь и теперь отречься от меня, — проговорил он и принялся жадно поглощать жёлтый дым, который почему-то обходил не только меня стороной, но и Дона и козла. — Я уже не тот слабенький мальчик, которого ты обрёк на смерть только потому, что я родился непохожим на тебя. Свою силу и любовь мне все сполна передала матушка. И если бы не эта тварь…
Антон снова ткнул рукой в мою сторону.
— Антоша, как ты можешь? — растерянно проговорила я.
Я дарила сыну и любовь, и ласку, мы с дедом не жалели денег на его воспитание и образование. А он назвал меня тварью. Как такое возможно?
— Антоша? — нахмурился герцог. — Тоха? — спросил он с напряжением в голосе.
— Да, это я, — громогласно расхохотался Антон. — Узнал.
Он все глотал и глотал жёлтый дым, и теперь слабо напоминал того нежного юношу, с которым я отправилась в поход. Кожа его приобрела тот же оттенок, что и сам дым, который он продолжал поглощать, а сам Антон неимоверно вырос и раздался вширь.
— Халк, — негромко хмыкнула я. — Только тот был зелёным.
Наконец нашарила в одном из карманов рюкзака бинты и уже готова была кинуться, чтобы перевязать стражника, так нелепо пострадавшего из-за меня, но пальцы вдруг нащупали камешек, который дала мне предсказательница. Может, это именно тот случай. Почему не спасти жизнь ни в чём не повинного человека? Он не хотел мне сделать ничего дурного — только исполнял приказ своего господина.
Но едва я приблизилась к умирающему, он из последних сил шарахнулся от меня в сторону.
— Послушай, — я присела на корточки рядом со стражником, пачкая юбки в его крови, — я не желаю тебе зла. Поверь.
И протянула на раскрытой ладони гранат.
— Проглоти его.
Потом поняла, что мужчина ни за что не протянет ко мне здоровую руку, опасаясь лишиться и ее тоже. Пришлось самой схватить стражника за нижнюю челюсть и силой потянуть, чтобы тот раскрыл рот. Мужчина настолько был напуган происходящим, что не оказал хрупкой женщине никакого сопротивления. А, может, просто обессилел уже от потери крови, которая продолжала вытекать из обрубка руки.
И о, чудо! Агония прекратилась. По залу наряду с жёлтым поплыл ещё и красный туман, он сворачивался клубами вокруг раненного стражника, становясь все гуще и гуще, пока полностью не скрыл его от окружающих…
Когда и один, и второй дым рассеялись, за столом сидели я и герцог и мирно поглощали десерт. Дверь в залу неожиданно распахнулась, на пороге возникли трое. Один из них что-то кричал, но его никто не слышал…
— Как смотрите на то, чтобы отправиться к императору вместо моей дочери? — задал риторический вопрос герцог и взмахнул бокалом с вином, приглашая меня, свою гостью, а не пленницу, присоединиться к нему. — Для вас это ничего не стоит…
«Ой ли», — хмыкнула я, тоже беря в руку бокал с вином. Надо выторговать себе хоть каких-то преференций — теперь я знала гораздо больше, чем некоторое время назад.
— Да и судьбе своих друзей подумать надо, — добавил герцог весьма выразительно.
— А что с моими друзьями не так? — я несколько напряглась.
Насколько могла видеть, им никто и ничто не угрожало. Ронни спутан, так это тоже временно.
— Пока все так, — кивнул герцог, отпивая из своего бокала и заедая вино бисквитом.
Я тоже отпила вина и выразительно взглянула на мужчину через длинный стол. Бисквит оказался так себе, моя старшая дочь пекла пирожные гораздо вкуснее, чем местный повар, поэтому вино заедала спелым персиком. Тоже невесть какая закуска к изысканному вину, но все же лучше, чем невкусная булочка.
— Но если вы начнёте капризничать или сопротивляться, то с ними может что-нибудь произойти, — продолжил герцог.
— Например? — спросила я и выразительно округлила глаза.
Надо же знать, за что торговаться.
— Ваш смилодон никогда не проснётся, — усмехнулся герцог. — Хоть козел и тотемное животное, но коты их просто обожают, я не смогу отказать себе в удовольствии понаблюдать, как один сожрёт второго. Тот ваш друг, который пытается в данный момент что-то сказать, лопнет, как мыльный пузырь. А второй, красноволосый… Я ещё не придумал, что с ним сделаю. Но придумаю… Поверьте, моя изощрённая фантазия способна на многое.
Я старалась никак не показать герцогу весь свой ужас. Вот что называется — согласиться нельзя отказать. Поставьте запятую там, где сочтёте нужным.
— У меня есть какой-нибудь другой выбор? — все же поинтересовалась. Просто так, на всякий случай.