- Сын, подойди, - вдруг позвал его отец, продолжая смеяться и на что-то довольно кивать, разговаривая с другом.
Мальчик, немного негодуя, всё же сумел самостоятельно спуститься с лошади, отвергнув помощь слуги. Если его отец может, то он тоже! Пусть этот гигант видит, какой сын у его друга!
- Познакомься, сын, - протянул к нему руку отец, - названный брат твоего отца, Ниром Игнэ.
Кажется, Китар никогда не видел, чтобы его отец улыбался так открыто и задорно, как это происходило сейчас.
- Весьма рад, - слегка поклонившись, сказал мужчина. Голос его показался глубоким и грудным, но чего никак не ожидал мальчик, что мужчина вдруг чуть отойдёт в сторону, а за его спиной окажется маленькая девочка. Китарэ было уже семь весенних оборотов, сколько было той, что с увлечением ковыряла у себя в носу, он судить не брался. Может быть, пять оборотов? Четыре?
- А, это юная Ивлин Игнэ, - вновь пробасил мужчина.
- Кажется, скучать тебе не придётся? – усмехнулся Император. – Что ж, пройдемся, - кивнул он своей свите, давая знак, что отсюда и до крепости он пойдёт пешком. Китарэ никогда не слышал, чтобы его отец хотя бы раз входил под стены чужой крепости пешим? Даже в своём возрасте он понимал, насколько это неслыханное почтение к хозяину дома!
Его отец и загадочный огромный Ниром Игнэ, уже направились в сторону крепости, когда к самому Китарэ подошла девочка, в идеально чистом платье, с прекрасно заплетенными волосами, но всё ещё с упоением исследующая содержимое своего носа.
- Привет, - сказала она, и беззубо улыбнулась.
- Привет, - немного нерешительно ответил принц. Говоря откровенно, дети конечно с ним общались и играли, но за все его семь оборотов, никто ни разу не позволил себе не то, что сказать ему «привет», но и тем более сделать это ковыряясь в носу.
- Пойдем? – наконец-то обнаружив искомое, угомонилась она и тут же вытерла это самое о складки своего прекрасного нежно-голубого платья.
- А? – на самом деле, принц пытался выдохнуть так, чтобы показать своё отвращение произошедшему, но похоже был неверно истолкован.
- Пойдём, - решительно схватив его за руку, потащила за собой эта малявка. – Папа сказал, что тебе может быть не по себе, потому что ты тут никого не знаешь, и у тебя нет друзей. А, ещё он сказал, что тебе может быть скучно? – с интересом глянула она на него и опять беззубо улыбнулась. – Но, ты не переживай, я всё придумала, - заверила она. – Ну, не всё сама, - покивала она, - но Рэби сказал, что тебе понравится. Так, что скучно не будет. Ты есть хочешь? Даже, если хочешь, пока рано и Тильда не даст. Но, нам надо переодеться! – подняла она вверх указательный палец. – У меня не так много красивых платьев. А, это мне очень нравится. Но, я могу его заляпать или порвать…
Китарэ-эй, юный наследник Империи эвейев, был настолько шокирован происходящим: панибратским отношением, общением, прикосновениями, что всё на что находил в себе силы – это глупо тащиться за этой маленькой девчонкой, которая судя по всему, своей добычи отпускать не привыкла. А, самое интересное, он не испытывал гнева или раздражения на подобное. Ему было интересно.
Неделю спустя.
- Что это за место? – выйдя на берег лесного озера, спросил мальчик, смотря на девочку, что как и он, была одета в простые брюки и рубаху. Вот только Китарэ не привык к прохладе, потому сверху носил ещё и куртку подбитую мехом.
- Папа говорит, что здесь эвей и его дракон могут стать единым целым. Что тут полотно тоньше, и можно напрямую черпать силу от того, кем ты выбран. Не знаю, но самое интересное тут происходит по ночам, - пожала она плечами, пригладив грязной ладошкой выбившиеся из косы волосы.
- По ночам? – поинтересовался мальчик.
Никогда прежде он не ощущал себя таким исследователем мира вокруг, как после знакомства с этой девчонкой. Никогда прежде, ему не было настолько интересно каждую минуту рядом с кем-то. Всего неделя прошла, а он с содроганием маленького детского сердца, думал о том, что возможно уже завтра ему придётся облачиться в шелковое кимоно, заплести волосы в тугой узел, вновь надеть на себя все положенные его положению знаки отличия, и навсегда покинуть крепость Игнэ.
- Да, - кивнула она, - садись, - бросив на землю немного грязный коврик, сказала она. – Сейчас уже начнётся, - улыбнулась Ивлин, а Китарэ вдруг подумал, что хоть у неё и нет двух передних зубов, но она очень даже симпатичная.
Ждать оказалось недолго. Совсем скоро небо потемнело, несмело выглянул полумесяц, и над посеребренной водной гладью вдруг зажглись тысячи крошечных звезд. Каждая такая звездочка кружилась в своём замысловатом танце, выводя странную беззвучную мелодию чуда.
- Что это, Ив?
- Звёзды, - прошептала она.
- Неправда, - усмехнулся он.
- Неправда,- подтвердила она, беззаботно пожала плечами, доставая из сумки прозрачную склянку. – Я поймаю тебе звезду, принц, - шепнула она, и бесшумно направилась вдоль берега, а уже совсем скоро вернулась вместе с сосудом, внутри которого кружилось сразу несколько крошечных звездочек. – Это подарок, - протянула она ему сосуд, и только сейчас Китарэ смог заметить, что внутри летают вовсе не звёзды, а крошечные светящиеся жуки.
Когда он взял в свои ладони сосуд, он вдруг отчетливо понял, что ещё никто и никогда не дарил ему таких подарков: не заказанных у лучших мастеров мира; не дорогих и роскошных; не холодных и не имеющих никакого значения побрякушек, а настоящих. Таких, как подарила эта маленькая чумазая девочка, которая вдруг сделала его искусственную жизнь во дворце Мидорэ – настоящей. На самом краю Империи, в непролазных лесах севера, она подарила ему воспоминание.