Уничтожение классов достигается не путем потухания классовой борьбы, а путем ее усиления. Отмирание государства придет не через ослабление государственной власти, а через ее максимальное усиление, необходимое для того, чтобы добить остатки умирающих классов и организовать оборону против капиталистического окружения, которое далеко еще не уничтожено и не скоро еще будет уничтожено.
Время – субстанция своеобразная. То летит быстро, то тянется чрезвычайно медленно. Это я частенько испытывал на своей шкуре. Заранее не скажешь, какое из этих состояний лучше. Да и можно ли это вообще сделать? Все зависит от конкретной ситуации. К примеру, это лето выдалось хлопотным. Время летело словно на крыльях, не оставляя почти ничего для собственных нужд. Но «почти» не значит «ничего», и это хоть немного примиряло меня с действительностью.
С чем были связаны хлопоты? Естественно, со службой в ОГПУ. Там ведь как все обстоит? Успешно справляешься с работой, да в тому же и инициативу проявляешь? Хорошо. Тогда на тебя взваливают еще больше работы, да поответственней. Снова справляешься? Тогда опять увеличим нагрузку. И так до бесконечности. Причем разорвать этот замкнутый круг хоть и можно, но не в моих интересах. Сейчас жизненно необходима репутация сотрудника «вечно в делах» и очень-очень полезного начальству.
Кстати, насчет начальства и полезности. Сии нюансы прямо-таки моментально заставляли вспомнить о событиях последних месяцев. А было их много, и являлись они крайне душевными, с какой стороны ни посмотри. Для начала меня повысили в звании. Теперь в петлицах было аж по два кубика, что для работающего в ОГПУ неполный год было… просто замечательным достижением. Мало того, еще и награду пожаловали, которую они именуют «орденом Красной Звезды». Ирония судьбы! Учредили они эту награду недавно, весной прошлого года, в довесок к уже имеющемуся «Красному Знамени». Ну и вот, награда нашла, кхм, своего «героя».
Внешне все было естественно. Успешное выявление немалой части разведывательной сети французов, перевербовка нескольких перспективных для дальнейшей работы людей, плюс участие в разработке планов по дезинформации противника. Признание веского вклада непосредственным начальством в лице Руциса Аркадия Яновича. Все это вряд ли могло остаться без внимания и наград. И не осталось.
Вот только всю запредельную иронию понимал я один. Награждение состоящего в стройных рядах ОГПУ потомственного и титулованного аристократа Российской империи – уже нонсенс. А если учесть тот факт, что он, то есть я, ненавидит образовавшееся на месте империи явление под названием СССР лютой ненавистью? И вообще заслуги, ставшие причиной награждения, на самом деле имеют двойное дно? Воистину театр абсурда!
Но имеем то, что имеем. Новое звание, первая награда с забавным девизом, на ней выбитым: «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!» Интересно, а в каком-таком месте я пролетарий? Вроде бы ну совсем ни в каком. Однако ж факт остается фактом. И в то же самое время, если не кривить душой, чувствую, что определенные заслуги, связанные с получением этого ордена, у меня есть. Но не те, которые официально признанные, совсем наоборот. Греет душу иное – два трупа чекистов, причем убитых не мной лично, а собственными коллегами. Этакий своеобразный «акт каннибализма». Сомченко и Халилова просто мимоходом списали в расход, сочтя, что их жизнями вполне можно заплатить за начало агентурной игры с французами. А на самом деле истинная причина того, что они подохли, помимо многочисленных прошлых прегрешений, – убийство жены Виталия Арсеньевича Устинова и попытка изнасилования его дочери, Елены. Приятно, что об этом никто не догадывается!
До них самих мне особого дела не было. Так, случайные фигуры на дороге жизни. Но они были случайными, а чекисты – врагами, пусть о том даже не догадывались. Результат оказался очевиден: воспользоваться случаем и уничтожить искренне омерзительных мне существ. А то, что это пошло на пользу Устиновым – всего лишь приятная мелочь. Впрочем, не исключаю, что их можно будет и в дальнейшем использовать в своих целях. Сейчас сам Устинов вот-вот отправится в длительную загранкомандировку. Во Францию, что невольно вызывает улыбку. Что же до его дочери, она пока остается здесь. Пока ее хотят использовать как гарантию верности отца. Потом же, используя выдвинутую мной идею, отправят вслед за папашей, подсадив того на крючок иного рода.
Откуда мне это известно? Ну так работа моя все так же связана с разведкой и контрразведкой. Ага, я продолжал работать в ОГПУ, в его первом уже не отделе, но отделении. Любят советские чинуши переименовывать названия без особых целей и смысла! Как говорится, чем бы дитятко ни тешилось, лишь бы своих не было!