Она поправила рюкзак, встряхнулась и сделала шаг в сторону магазина. Правда, в тот же момент дверь за спиной захлопнулась, и мужчина выжал газ. Буквально в следующую минуту он уже исчез за поворотом — так же быстро, как появился.
Девушка брезгливо фыркнула ему вслед, продолжив ковылять к магазину.
Повезло ещё, что не ограбил. Повезло, что не вышвырнул где-нибудь на трассе. Она добралась до Денвера, целая и невредимая — можно считать, что задачи, в целом, выполнены.
Вот только воодушевления не было. Был лёгкий страх, растерянность, усталость. Здесь, в незнакомом городе, ей совершенно некуда идти. Она тут одна. Чужая. Ведомая призрачной надеждой, что любимый Кай где-то тут.
Ничем… не подкреплённой надеждой, кроме слов того парня с улицы.
Ей даже не восемнадцать — если её остановит полиция, пиши пропало.
Да, Гросс придумала ложь для магазина, но от полиции так просто отбрехаться не выйдет. С продавщицами всё намного проще: достаточно состроить жалостливое лицо и сказать, что её забулили в школе, разули, и она осталась без обуви. После такой легенды останется выслушать нотации о том, что такое нельзя умалчивать, необходимо всем рассказать… а потом померить новые ботинки и уйти. Делов-то.
И их тоже, косвенно, купит Кай.
Ведь они будут приобретены на его деньги.
Только что потом? Куда идти, где ночевать? Ответов на эти вопросы пока ещё не было. Однако Гросс бодро встряхнулась и быстрее пошла к магазину. В течение дня придумает что-нибудь. Обязательно.
По спине пополз нервный холод, дыхание участилось, сами собой сжались кулаки. Крошечная частная обувная лавка была закрыта. Судя по всему, не первый день: внутри не горел свет, а табличка «Закрыто» уже успела сильно покоситься. Ноги с каждой секундой мёрзли всё больше, а что справа, что слева виднелись лишь улочки небольших, но очень красивых домиков.
«Чёрт. Чёрт, чёрт, чёрт!» — едва не закричала девушка, глядя, как возле пальцев и пяток намокали носки. Ну и что делать? Как далеко получится пройти в таком виде? «Такси!» — тут же пришло в голову. «Нужно вызвать такси!»
Она впопыхах достала телефон, но обречённо выдохнула, когда поняла, что старая батарея за ночь попросту села. Сердце подпрыгнуло к горлу, постепенно немели пальцы. Выбора, в общем-то, не было.
Она побрела в неизвестном направлении. Вроде бы — в сторону города, хотя понятия не имела, какой там район. Раз там высотки, значит, будут и магазины. Может, выйдет наткнуться на обувной прежде, чем ноги отморозятся полностью. Кожа на них колола, ткань продолжала мокнуть.
То ли к счастью, то ли к сожалению, вокруг не было ни одного человека.
Герда всё время оборачивалась — уже даже с надеждой наткнуться хоть на кого-нибудь, но улица оставалась предательски пустой. Постепенно усиливался ветер, который продувал несчастную старую куртку. Раздался тихий стук зубов.
Складывалось впечатление, что городские высотки, сколько бы Гросс ни шла, не приближались. Будто бы это были не высотки вовсе, а зыбкий мираж, иллюзия замученного сознания.
Они не становились ближе.
Совсем.
Словно девушка шла на одном месте. Пейзаж не менялся.
С каждой минутой стопы деревенели всё больше. Иногда Герда наклонялась, разминала их, согревала ладонями, но после этого приходилось продолжать идти вперёд — и ноги вновь замерзали. С новой силой.
В какой-то момент она бросила взгляд на один из домов и подозрительно прищурилась. В нём тоже не горел свет, как и в той обувной лавке. Обычное дело, день, но внутри… не было людей. Ни одного. Стоял какой-то стол, цветы на окнах — и ни одной живой души.
Ни в одном из коттеджей. Словно район был мёртв.
Ни собаки, ни кошки.
Лишь сухая позёмка и печальные дорожные знаки, которые уныло возвышались возле каждого перекрёстка. И лёгкий сизый туман. Туман, который почти не ощущался, но им можно было дышать. Закрыть глаза и почувствовать, насколько влажным был воздух в этом месте.
Постепенно становилось страшно.