Герда взяла ее в руки и повертела, осмотрела со всех сторон. Вещь пахла пылью, но имела все еще приятный внешний вид, даже если тот слегка отстал от моды на пару десятилетий. На шляпке была милая атласная розовая лента и три маленькие тканевые розочки.
Почему-то она задержала взгляд на этих розах. Замерла, казалось, что-то вот-вот должно было вспомниться. Всплыть в подсознании. Словно еще чуть-чуть, и можно будет дотянуться до чего-то, что давно было похоронено в самых дальних закоулках разума.
До чего-то пугающего. Страшного. А еще теплого. Вызывающего одновременно ноющую боль, тоску, ностальгию и светлую печаль.
Губы сами собой стали расползаться в нервной улыбке. Хотя девушка многие месяцы не смеялась от нервов, даже считала, что смогла выйти в ремиссию.
- Палочки из “Гарии Поттера” - пробубнила она себе под нос. Взгляд стал проясняться. - Горшки на окне. Горшки.
- Что? Какие горшки? - Миссис Финн непонимающе вскинула брови.
- Нет-нет. Никакие. - Нервная улыбка становилась все шире, взгляд непонимающе бродил по полу. Где-то в коридоре цокали о паркет когти собаки, которая любила гулять до кормушки и назад.
Что происходит?
Разве она не живет на границе с Канадой, где всегда снежно, прохладно? Где по улицам бродят несчастные люди? Несчастные, потому что бедные.
Разве она не одна из них?
Тело словно пронзило. Уголки губ задрожали, шляпка вывалилась из рук. Бабушки нет. На самом деле бабушка умерла, Герда нашла ее недвижимое тело, когда вернулась зареванная с улицы. Нашла на старой ободранной кухне, потому что они жили ужасно.
Нашла в ту ночь, когда Кай ушел.
Точно. Его звали Кай. Они приходил с работы каждый вечер, давал деньги, дарил подарки. Пока не появилась она. Странная леди, которую он сперва даже не знал, а потом импульсивно, втихомолку устроился к ней на работу. И, в конце концов, вовсе с ней уехал. Импульсивно, быстро, навсегда.
Теперь девушка помнила. Его слова, голос, жесты. Резала каждая буква, пока в его глазах мерцали геометричные фигуры снежинок. Будто от радужной оболочки… практически ничего не осталось, лишь силуэт.
Как и от него самого.
Заклятие. Или ворожба, или… не понятно что. Та женщина что-то с ним сделала, что-то сотворила, и Герда ехала ночь с каким-то пугающим незнакомцем, чтоб догнать любимого брата. Отдала этому незнакомцу сапоги. Чуть не замерзла на улице.
В Денвере она встретила добрую миссис Финн. Которая ее согрела, позволила поесть у себя, принять ванную. А потом позволила остаться, назвавшись бабушкой. По спине гулял мерзкий колючий холод, от волнения становилось сложно дышать. В горле рос ком.
- Ты чего замолчала, внученька? - Разочарованно протянула фальшивая бабушка.
- Да просто спать уже хочется, бабуль. - Раздался нарочито громкий зевок.
- Ну ладно, ладно, я тоже уже спать пойду. - Миссис Финн забрала недошитое платье, ласково улыбнулась и пошла к двери. - Высыпайся, звездочка, завтра учителя придут.
- Спокойной ночи!
- Спокойной ночи.
Послышался щелчок двери, затем тихие шаги и все еще знакомое мычание какой-то песни. Герда вытерла нервный пот со лба, упала на постель и обхватила руками колени. Сердце болезненно стучало в груди, внизу живота все скручивало, начинали неметь пальцы. Она что, забыла, как сюда приехала? Просто вот так вот взяла, и… забыла?
Разве так бывает? Испуганный взгляд изучал складки бежевого шерстяного пледа, который закрывал кровать. “Она что-то мне подмешала. Подмешала, и у меня случился провал в памяти. Наверно… наверно так” - думала девушка, потому что других объяснений попросту не находилось. Было страшно давать понять, что она все вспомнила. Всякий раз, когда в голове всплывало случайное воспоминание, фальшивая бабушка говорила, что ничего этого не было, что ей приснилось, показалось.
А затем поила чаем. Из раза в раз.
“Сколько я тут уже?!” - спрашивала Герда сама у себя. Через пару мгновений раздался нервный смех, который тут же стих. “Один, два… три! Три года. Господи. Господи!! Безумие. Я… я не нашла Кая!! Я его не нашла, не рассказала, что бабули не стало, не вернула его! Я не вернула!!”.