Жрецы Акнаса не одобряли подобные суеверия и подношения детям Тенебрис. Но иначе моряки отказывались плыть в Тёмные Земли, да и вообще отправляться в дальние плавания. У каждого, кто выходил в море, дома стоял небольшой алтарь с рыбьими костями. Перед отплытием моряки молились у них, прося сорских чудищ, не топить их судна. В отсутствии мужей и отцов , их семьи тоже делали небольшие подношения морским тварям в виде рыбьей требухи.
Анхис, стоявший подле своих рекрутов слегка поморщился. Вид выпущенных внутренностей вызывал неприятные воспоминания. Но прежде чем отвести взгляд, юноша отметил про себя, что кинжал ему кажется смутно знакомым. Где-то Хин такие уже видел, но сейчас все мысли были лишь об окровавленной плоти и криках.
Орион не выказывал и капли отвращения к подобным действиям. Каждый имеет права на свои суеверия, пока не начинает приносить людские жертвы.Однако, судя по лицам некоторых швердов, они были совсем иного мнения.
“ – Похоже, даже капитана покоробило это зрелище.” – отметил про себя жрец видя, как отвернулся Анхис.
Поодаль стояли торговцы, ждавшие возможности подняться на борт. У каждого из них на одежде был символ Дома Ласточки. Им, похоже, подобные ритуалы не были в новинку. Возле них мельтешил пухленький и долговязый мужчина. Позже жрец узнал, что это был старпом Кумар.
Когда все начали поднимались на корабль, Кили облокотился на борт. Тренировки с Индрой его измотали. Кто бы знал, что этот хромой старик может так быстро двигаться и так больно бить. На запястьях всё ещё были синяки. Как и по всему телу. Юноше до жути хотелось лечь в уголок и хорошенько выспаться.
– Впервые на корабле? – мягкий голос Анхиса привлёк его от мыслей.
– В детстве я плавал на лодке с дядей. Не думаю, что это большая разница.
Кили был немного удивлён, узнав, что ими будет командовать юный наследник Дома Молота. Хотя какая разница, кто раздаёт приказы? Главное, чтобы у этого человека была голова на плечах.
– Послушай, а не с тобой ли я столкнулся несколько дней назад, когда гнался за ворами? – Хин узнал его ещё утром, когда получил под своё начало юных воспитанников академии. Но только сейчас выдалась минутка поговорить.
– Возможно. – уклончиво ответил Кили. А про себя отметил, что у их временного командира удивительная память на лица.
– Что ты там делал?
– Гулял.
– На церемонии подношения и с кучей бурдюков?
– А вы всегда такой внимательный, во время преследования преступников?
– Просто, я надеюсь, что у меня не будет с тобой проблем.
– Ого, какой командный голос. А с виду мягкий, как воск, – отметил про себя юноша, а вслух произнёс. – Конечно же, нет кхир.
– Рад это слышать.
– К тому же вам стоит волноваться не обо мне, а о нашем жреце. Даже до меня, гостя с севера, дошли слухи о его пристрастиях.
Анхис тоже был осведомлён об этом. Его отец вообще не жаловал род Фрейнов, считая их лицемерами и интриганами. Впрочем, эти холодные отношения были взаимны и длились уже не одно поколение. У каждого из трёх великих домов были свои секреты и амбиции.
– Будем надеяться, что со своей частью он справится.
– И мы не отправимся на корм тварям. – Кили подпёр щёку, смотря на удаляющийся берег.
Анхис же обратил взгляд к морю. Он должен доказать отцу, что достоин носить титул наследника Дома Молота. И это плавание откроет для него новые возможности. Орион тихо подозвал к себе одного из матросов уточнил, достал ли тот для него обещанное. Моряк закивал и с благодарностью принял мешочек с монетами. Мужчина радовался, что так легко заработал сумму, равную его годовому жалованию. А глаза жреца были устремлены к яркому солнцу, что должно было осветить их путь.
глава 11
Ветер наполнял паруса, а чистое небо сулило спокойное плавание. Аюр не первый раз бывал в этих водах и прекрасно знал о непостоянности здешней погоды. Поэтому велел своей команде смотреть в оба и не расслабляться.
Шверды откровенно скучали, кто-то прогуливался по палубе или развлекали себя игрой в кости. Анхиса удивляло, что всем, ,кроме торговцев и нескольким членам корабля, запретили спускаться в грузовой отсек. Хотя, чаще всего именно люди из Дома Ласточки спускались к грузу, и чаще всего у них в руках были небольшие ящики. Хотя Анхис стал немного нервным и подозрительным из-за бессонных ночей. Ему снились те несчастные, чьи тела он терзал. Порой Хину казалось, что это он прикован к стене цепями, а тяжёлая рука наносит ему удары. Снова и снова Хин просыпался в холодном поту и с немым криком на устах.