– Кумар прав. Грефы имеют воинственный нрав. Если произойдёт стычка или кто-то пострадает, у нас будут большие проблемы. – кивнул Аюр.
– Такое, конечно, неизбежно. Однако, милая Хади вряд ли убьёт слабого человека. Ей интересны лишь сильные противники. А найти кого-то сильнее её трудно. К тому же, если что-то случится. Я возьму на себя ответственность. А по прибытии, Дом Белой Куницы, одарит вас своим благом.
Тут уже не выдержал Анхис.
– Светоносный, это абсолютно не…
— А вам, друг мой, как наследнику одного из трёх великих домов, стоило помнить учение Акнаса. Свет открывает объятия всякому, кто готов нести ему свою историю. – говоря это, Орион как бы невзначай коснулся собственной щеки, не сводя глаз с Хина. – Наш бог милостив, но его терпение не безгранично. Так не будем же его испытывать.
Командир швердов прикусил губу и промолчал. Аюр с лёгким непониманием посмотрел на Анхиса. Но капитан корабля не желал лезть в дела знати, себе дороже. Аюр махнул рукой, давая своё согласие.
– Если что-то случится, я скажу, что она проникла на корабль без моего ведома. А вы её покрывали.
Орион лишь улыбнулся и посмотрел на Хади.
– Добро пожаловать на борт, дорогая.
Старпом судорожно протёр лицо рукой, глядя, как дикарка ступает на судно. Он был уверен, это добром не кончится.
Когда трап был поднят, жрец взглянул на бухту. Из провожатых лишь пара грефов, что помогали носить товар.
Капитан корабля встал у штурвала и дал команду отчаливать. Пора было возвращаться домой.
Глава 24
Силуэты островов скрывались из виду. Дул попутный ветер, подгоняя гружёный корабль в сторону империи. Кили выбрался на палубу, движимый любопытством. Он до конца не мог поверить, что Хади действительно поплывёт с ними. Услышав её топот по доскам трапа, Кроу слегка ущипнул себя за запястье, проверяя, не спит ли. Но вот она, высокая, покрытая мышцами и шрамами, с тёмно-серой кожей и белыми волосами, стоит у борта и провожает свой дом.
Матросы сторонились Хади, бросали на неё боязливые, пренебрежительные и презрительные взгляды. Но вряд ли кто-то из них осмелится высказать своё недовольство в лицо той, что выше их на две головы и может переломать кости одним ударом.
Поравнявшись с Хади, Кали опёрся локтем на борт.
– Не будешь скучать по дому?
– Хади, любить своё племя. – девушка кивнула, но взгляд был печальным.
– Я уверен, они обрадуются, если ты вернёшься с новыми трофеями.
– Никто не ждать Хади назад.
Кроу с удивлением взглянул на собеседницу.
– Это какая-то традиция? Не ждать того, кто вышел в море?
– Нет Хади отличаться, не походить на своих.
Кили с непониманием окинул её с ног до головы.
– По-моему, ты такая же. Тот же цвет кожи, глаз, шрамы по всему телу.
– Хади родится не так. Принести морем. Хади помнить себя маленькой.
Здесь Кроу понял, о чём говорил жрец. Дикарка отличалась от остальных грефов. Поэтому они были с ней холодней, и никто не пришёл проводить их. Ей некуда возвращаться, для своих она чужая.
– Только жрец помогать Хади. Но его забрать мать.
Кили невольно вспомнил святилище, в котором обнаружили тело жреца. Им не удалось толком ничего разглядеть тогда. Но то место вселяло ужас. Кроу боялся спросить, как рождаются другие гефы. Он чувствовал, что ответ заставит его нутро содрогнуться. Возможно, однажды Кроу наберётся смелости задать этот вопрос.
– Если Хади стать сильней всех, она заставить других любить себя. Урса тогда признать Хади.
Кили с сомнением покачал головой.
– Не думаю, что чёрные вороны способны принять в стаю белую. Даже если она самая крупная из них.
Дикарка с непониманием посмотрела на Кроу. Его взгляд был устремлён на воду.
– Если ты отличаешься от других. Это неплохо. Возможно, однажды найдёшь себе племя, которое не придётся завоёвывать силой.
– Слабое племя, мёртвое племя. – нахмурилась дикарка.
– Тогда найди самое сильное . – он слегка стукнул её по плечу.
Дикарка подумала, что Кроу хочет так вызвать её на драку, и даже потянулась за топором. Но юноша был расслаблен и всё так же смотрел на воду. Хади неуверенно убрала руку.
– Странные вы. – а после, подумав, тоже стукнула его в плечо. Кили охнул и чуть пошатнулся, но всё же, устояв на ногах, улыбнулся.
– Наверное, ты права.
***
Орион чертил пером на бумаге, сидя со свечой в своей каюте. Точнее, это было небольшое пространство кубрика, отгороженное от гамаков матросов деревянной перегородкой и разделённое на две части. Одна принадлежала жрецу, а вторая Анхису.