По традиции будущим вестником бога света и солнца становился старший из сыновей. Он же занимал главенствующую роль в семье. Остальным детям доставались высокие положения в храмах или участвовали в благотворительности. Наследники зачастую видели отцов от силы пару раз в год до принятия обета, живя в заботе долх, бывших любовниц верховного жреца, родивших ему детей и облачившихся в чёрные одеяния в знак того, что они навсегда останутся подле вестника бога и его детей.
Увы, но Орион отличался от остальных приемников. Это знали все обитатели лучистого дома, так его назвал прапрадед юноши. Тот чудак звал своих детей лучами Акнаса. Погиб от любви к травам в вине. Поговаривают, он умер в своеобразной позе, будто готовился к прыжку.
Орион давно привык к косым взглядом приёмных матерей, их укорам и колючим словам в спину. Они его не заботили. Просто чёрные тени, снующие туда-сюда по пыльным коридорам. Поворачивая за угол, Орион ощутил, как в него врезался мальчишка лет одиннадцати. Самый младший из братьев Ориона, кудрявы, и энергичный Анудж светился от радости держа в руках вырезанного из дерева миниатюрного Григо.
– Братик!– мальчик улыбнулся, показывая белоснежные зубы.
– Приветствую крошку великана.– Орион потрепал тёмные кудри.
– Юный кхир,– сто́ящая за мальчиком женщина в чёрном сдержанно поклонилась. Будущего верховного жреца не трогала её холодность и плохо скрываемое презрение.–- Жаль, что вы не смогли посетить шествие.
– Я всю ночь провёл в молитвах и заснул за Священными Писаниями. И, похоже, Акнас был столь благосклонен, что позволил богине сновидений увести меня по далеко по дороге грёз.
Видно было, что долх ему не верит, зато младший брат с горящими глазами смотрел на Ориона.
– А какие сны тебе подарила Идри?
– Самые светлые. Я катался на исполинских спинах Орфов и созерцал издали библиотеку.
– А Акнаса видел? И небесных библиотекарей? – Анудж прижимал к себе деревянную игрушку и не сводил искрящихся интересом глаз со старшего брата, ловко слагающего сказки.
– Увы, но это было скрыто от меня. Но зато я видел наш мир с облаков! – юный кхир подхватил мальчика и поднял над своей головой. –-Мне были видны пики гор, равнины, долины, леса и поля. Страну, куда не доплывали наши корабли и дикие острова.
Анудж смеялся, расставив руки. Его названная родительница, все долхи считались общими матерями для воспитанников Лучистого Дома, поджала губы в неодобрении.
– Юный кхир, прошу вас, не забивайте голову Ануджу подобными сказками. К тому же вас ждёт верховный жрец.
– Во снах мы можем увидеть любые уголки этого и других миров. Всё зависит от прихоти Идри. Она ведь тоже проказливое и любопытное дитя, любящее истории.
Орион поставил младшего брата. Мальчишка обхватил наследника дома за ноги.
– Ты ведь заглянешь к нам в сад?
– А почему бы не сделать это сейчас? Мы давненько не проводили время вместе.
Глаза Ануджа загорелись неподдельной радостью. Ухватившись за руку брата, он сразу потянул его за собой. Ананд перегородил им путь.
– Вы забыли, что нас ждёт верховный жрец?
Глаза мальчика сразу потухли, и Анудж поджал губы. Орион лишь сильнее сжал маленькую ручку.
– Я уверен, отец найдёт чем себя занять. Молитвы помогут ему скоротать время.
Юноша плавно обошёл кузена. Долх обескураженная таким поведением наследника, поспешила следом.
– Глава будет зол! Прошу вас, немедленно отпустите Ануджа.
– Наш светлый бог учит терпению и благодетельности. – Орион мягко посмотрел на мальчика. – Я же лишь хочу провести время с братьями и сёстрами.
– Если бы вы меньше предавались праздным развлечениям, то могли бы навещать их чаще!
– Я лишь ищу будущую деву для служения Акнаса.
Выйдя в сад, находившимся во внутреннем дворе дома, Орион с улыбкой посмотрел на играющих у беседки детей. Это место было наполнено жизнью и детским смехом.
– Остальные тоже скучают по тебе и по Джохаре.
Последнее слово было произнесено почти шёпотом, но оно гулко разнеслось по всему саду и, как заклинание, заставило все остальные звуки стихнуть. Женщина грубо схватила мальчика за запястье и, притянув к себе, встряхнула за плечи.
– Сколько раз говорить: мы не упоминаем это имя, оно приносит беду, – долха забормотала молитву и целовала знак бога солнца висевшее у неё на груди.
Глаза Ануджа начали наполняться слезами. Остальные дети затихли, наблюдая издалека. Орион отстранил женщину и загородил брата.