Анхис почувствовал, что поток начал слабеть. Похоже, силы Ориона были на исходе. Рука жреца мелко дрожала, но он упорно направил заклинание в сторону окна. Ещё миг, и вот они уже падают в кусты. Обессилены, Орион растянулся в зарослях колючего растения с красными ягодами.
Анхис вскочил на ноги, выплёвывая листья, и начал тормошить жреца. Нужно было уходить, прежде чем все поймут, что произошло. У Ориона не было сил даже приподнять голову. Заклинание опустошило его. Анхис, ругаясь, пытался поднять его.
Хина грубо отодвинули в сторону. Хади с лёгкостью взвалила на плечи двух братьев и посмотрела на Анхиса в ожидании. Хин повёл её прочь от Дома Белой Куницы. Но вот только куда? Их явно будут искать. Оставался лишь один путь. В трущобы.
***
Бекас многое повидал на своём веку. Смерти, пытки, обманы и различные фокусы. Но огромная женщина, сносящая дверь его скромного жилища одним пинком ноги, было чем-то новым. Старый бродяга так и замер с чаркой у своего рта, когда дверь с грохотом рухнула на пол, а на стол водрузили два тела. Одно из которых было облачено в дорогие одежды, что не укрылось от зорких глаз под белым плащом.
Бекас с интересом посмотрел на ворвавшихся, словно огненные лисы, гостей. Он не сразу признал племянника Абхи. Мальчик выглядел нервным и уставшим. С ним явно что-то приключилось. И он балансировал на тонкой грани. Бродяга легко мог это распознать. Ибо сам был на той же тропе.
Хотя второй гость был куда занимательней. Высокая женщина, чьи ноздри раздувались, как у быка.
Поднявшись и вытерев губы, он со всем гостеприимством, на которое был способен, обратился к Анхису.
— Не ждал гостей. Желаете выпить? Аль мне лопаты нести сразу?
Хин плохо знал этого странного человека. Лишь то, что Абхи считает его очень ценным информатором с улиц. Бекас с интересом осмотрел лицо Ориона.
— Ба, павлин из куниц. А второй— лишь заметить чёрные пятна, проступившие на ткани, как старик отпрянул и коснулся своей груди. — Скверна... Болезнь проникла в самое сердце птичника.
— Нам нужно переждать, здесь. — Анхиса беспокоило, что Орион всё ещё не пришёл в себя. Похоже, сотворение такого заклинания без посоха далось ему тяжело.
Помедлив, Бекас согласился предоставить им комнату, но касаться братьев отказался. По правде, Хин сам побаивался приближаться к больному. Поэтому Хади было поручено отнести обоих наверх, где располагались свободные комнаты.
Анхис не думал, что однажды вживую увидит человека, больного скверной. Чёрная болезнь распространялась поначалу незаметно и сжирала изнутри за год. Если у человека были деньги, он мог продлить своё существование на этом свете. Но стоило ли оно того? Глядя на обезумевшего Джохари, Анхис предпочёл бы смерть, чем гниение заживо.
Пытаясь отвлечься от мрачных мыслей, Хин осматривал ветхое жилище Бекаса. Халупа в трущобах из камня и прохудившейся крыши. Скромное убранство и минимум мебели. Хин был здесь лишь однажды вместе с дядей. Тогда он скучающе стоял в сторонке, пока мужчины переговаривались. Когда Абхи вёл племянника домой, он настоял, чтобы тот запомнил сюда дорогу.
— Бекас не любит встречи в своих стенах, но может случиться так, что тебе срочно понадобится помощь.
Кто бы знал, что дядя окажется прав. От мыслей его отвлёк хозяин дома. Он, кряхтя, опустился на стул. Пока Хади относила Ориона и Джохари, Бекас приготовил кувшины с водой и пару настоев, что должны были помочь вернуть силы младшему из братьев. Обитая в джунглях, он хорошо научился обращаться даже со скудным запасом трав.
— Интересная история у вас, юный кхир – старик потёр нос. — Дядюшка знает?
Анхис стыдливо покачал головой.
— Мальчик становится мужчиной. — хихикнул Бекас.
Послышались тяжёлые шаги Хади.
— Мать гневается на глупых чужеземцев.
Старик с интересом разглядывал её. Видеть такую диковинку на картинках ему не доводилось.
— Давно ходит её проклятие по нашим улицам.
— Болезнь в городе? — Анхис не поверил своим ушам. Выходит, это неединичный случай.
— О, не только у вас много секретов. Ваш дядюшка пока скопил их куда больше.
Хин опёрся на стол, голова кружилась от осознания. От него скрывали много, слишком много. А он, как слепой щенок, беспрекословно верил Абхи и Ямиру. Сжав пальцы, юноша тихо произнёс.
— Расскажи… мне всё