Отслужив в клинике, Бубенцов посвятил себя курсам по новой для него теме и построению клиентуры. Он снял кабинет, в котором принимал тех, у кого выработалось не здоровое отношение к еде, открыл группу терапии и поддержки. Он выставлял свою рекламу во всех порталах, и дело шло в общем-то неплохо, но огромных побед Михаил Иванович не одерживал. Конечно, в большинстве своем пациентами являлись представительницы прекрасного пола, и это было совершенно разумно. От женщин во все времена требовалось не только овладеть нужными знаниями для продуктивной жизни в обществе, но еще и выглядеть так, как это общество посчитает нужным. Выучись на профессию, выйди замуж, найди работу, роди детей, помогай родителям, помогай и поддерживай мужа, да еще не забывай следить за ногтями, волосами и сединой, удалением ненужных волос с тела, фигурой, кожей, питанием и имей позитивный настрой для всех, кто рядом. Если бы у Михаила Ивановича спросили, хотел бы ли он в следующей жизни родится леди, он бы вежливо отказался. Спасибо, и так нормально. Без каблуков и пиллингов.
Самым большим врагом реальной помощи пациенткам являлся тот факт, что девушки и женщины не считали поход к Михаилу Ивановичу таким уж серьезным занятием. Разумеется, они были бы только рады раз и навсегда избавится от своих приступов переедания или чересчур затянувшейся орторексии, но где тут найти столько времени и денег, чтобы видеться с психологом минимум два раза в неделю.
Бубенцов скрипел зубами и пытался втолковать своим подопечным, что шутки со здоровьем плохи, и что посещение психолога нужно рассматривать как необходимый поход к терапевту или «Ухо-горло-носу». Но время шло, и его бизнес жил, но не процветал.
Пока в один прекрасный день он не получил е-мейл – автоматическую рассылка с сайта, где публиковались объявления о вакансиях. Согласно сообщению, велнес центр «Островок» искал психолога, на полную занятость. Специализация в РПП была бы большим плюсом.
Получив письмо прямо во время приема, Бубенцов еле как дождался конца сессии и, наспех спровадив разговорчивую клиентку, тут же позвонил по номеру. Психолог приехал на базу прямо на следующий день и не мог поверить своей удаче. Тут ведь есть все, что нужно для настоящей терапии: время – аж десять недель подряд, серьезный подход к приемам и даже такие ресурсы, как персональный компьютер, принтер и огромных размеров телевизор на стене для показа слайдов. Только вот времени маловато – всего час в день, но ничего! Мы еще поторгуемся, с Никой Юрьевной: она, кажется, женщина смышленая.
Как оказалось, предыдущий психолого уволился, не дожидаясь конца смены. Как объяснила Юлия Львовна, «из-за большой разницы во мнениях между ним и Вероникой Юрьевной». Ну что же, бывает. Ведь и психолог прежде всего – человек, а значит, может быть идиотом.
Однако по прошествии трех лет Бубенцов окончательно понял, что переоценил когнитивные способности директрисы. Она была в явном отрицании того, насколько Михаил Юрьевич помог ей в развитии ее… вернее сказать, их бизнеса.
Кто из них занимался восстановлением самооценки клиентки? Кто учил их позиционировать себя как настоящих, значимых людей, которые прежде всего должны опираться на свою ценность, а не цифры на весах? Кто учит их, каким образом реагировать на проблемы из внешнего мира так, чтобы прекратить новые приступы переедания?
Уж конечно, не наша несравненная Вероника Юрьевна, которая видит посетителей центра раз в неделю, в разговаривает с ними вообще всего один раз за смену – в самый первый день.
Несмотря на закрытые жалюзи, было ясно, что в офисе кто-то есть по включенному свету. Бубенцов, сначала тихо постучав для порядочности, подождал с минутку и зашел внутрь. Первый этаж был пуст. Наверху, значит.
– Ника! Я тут! Нам нужно поговорить! – прокричал психолог, и уселся на диванчик.
Хозяйка базы спустилась с видом гордой Клеопатры, снисходящей до одолжения поболтать с обыкновенным плебеем:
– Миша, до завтра не подождет?
– А завтра ты меня и мои программу двадцать раз перепродашь, – обиженно заявил Бубенцов.
– Сказала же, – закатила глаза Ника и, включив ноутбук, стала водить мышкой, внимательно смотря в монитор, – ошибочка вышла. Больше такого не повторится. Я тебя успокоила? Можешь ехать домой.
– Нет, – честно ответил, – не успокоила. Но у меня есть решение для этой проблемы.
Ника молчала, показывая всем своим занятым видом, что ей было совершенно все равно.