– Каким образом это влияет на наши планы?
– «Наши» планы? – чуть не поперхнулся Еремин, – я тебе еще месяц назад сказал, что мы заканчиваем… сотрудничество. Сразу после этой смены!
– А почему вы так быстро решили перейти к тестированию на людях, Константин Алексеевич? – промурлыкала Вероника, не стирая со своего моложавого лица противную ухмылку, – С чего настолько уверены в формуле своего средства? Как будто уже предвидели их прекрасные результаты?
Если бы взглядом можно было воспламенять, то череп хозяйки домика превратился бы в тлеющий уголек. Неужели она ожидает благодарности за выполнение их «контракта»? Из 120 женщин, приехавших в «Островок» за последние полтора года (не считая этой смены, которая еще не закончилась), 57 приняли участие в «эксперименте». Перед самом началом смены, Ника посылала Косте список участниц, заменяя их имена и фамилии на цифры, но указывая их настоящий возраст, историю болезней и принятия лекарств, вес и другие данные. Еремин сам выбирал кандидаток на эксперимент, обычно не больше десяти человек. Во-первых, ему хотелось чтобы тестируемая и контрольная группа были одинаковых размеров. А во-вторых, у него было возможности поставлять столько таблеток. Бесспорно, некоторые результаты ему помогли, он даже немного изменил формулу, пользуясь данными из «Островка». Однако, чувствовать себя должником Веронике Юрьевне Константин отказывался. Она была не тем человеком, который помогал ближнему своему от безусловной любви и доброты к миру. Еремин несколько раз заходил на сайт центра, проверяя, как идут дела у его «партнерши». И дела, кстати говоря, шли чудесно! За полтора года оплата за смену выросла больше чем в два раза. Чудесные итог для начальницы, которая в прошлом, после затрат на еду, электричество и воду, еле-еле наскребала на зарплату своим работникам.
Фармаколог встал с дивана, потом снова сел. Потер руки вместе, и посмотрел на Нику. Она глядела на него с явной забавой, как на зверька, попавшего в капкан сильного охотника. Она всегда считала себя победительницей в любом споре.
– Чего ты хочешь?
– Я хочу расширить свой бизнес! – она жестом махнула на стопку папок, примостившихся на углу стола, – я хочу, чтобы имя «Ника Серых» вошло в историю здоровья, чтобы список ожидания на приезд в центр был длинной с километр!
– Ну так я-то тут причем! – крикнул Костя, и вздрогнул от раздавшегося на весь домик мелодией попсовой песни. Сбросив звонок жены, гость спрятал девайс обратно в карман пиджака и потер вспотевшую шею, – я-то тут причем? – уже более спокойнее спросил он, – на рынке, полно средств от ожирения, выбирай любое! Если хочешь, я тебе сам что-нибудь посоветую! Даже поставщиков найду.
– Есть такая поговорка: то, что не сломано, не нужно чинить, – изрекла Ника и вышла из-за стола. Сделав полукруг, женщина сложила руки на груди и присела на его край, наблюдая за гостей сверху вниз, – зачем мне что-то искать, когда твое средство – само совершенство? Дорогой, ты просто – гений. Принимай комплимент, когда дают.
– Спасибо, – язвительно ответил Еремин, – но я больше не хочу выносить препарат из лаборатории. Я уже не раз рассказывал тебе про мои панические атаки.
Ника закивала так, между делом, не вслушиваясь в проблему, будто они вели разговор о цене гречки.
– Я больше не хочу этим заниматься, – снова произнес он.
– Я понимаю, милый, – искренне отозвалась Ника и положила ладонь на горло, – понимаю! Панические атаки – это очень плохо, но мне кажется, я знаю, как тебе помочь.
«Как мне помочь», зло передразнил Костя. У него на уме тоже было несколько способов, и все они включали в себя преждевременную и очень болезненную смерть начальницы «Островка».
– Что, если я буду возмещать твои… психологические затраты? – усмехнувшись, она потерла большой палец об указательный и средний, – до тех пор, пока твои волшебные пилюльки не выйдут на рынок. А там уже, нам на самом деле придется распрощаться.
На рынок? Это же еще минимум четыре года… И это в лучшем случае, если все фазы пройдут без запинки и совет инвесторов найдет нового члена… Господи, неужели ему придется воровать порошок или таблетки в чистом виде еще так долго, да еще и в большем количестве?
У гостя задрожали руки, и он погладил коленки, чтобы как-то себя успокоить. Над верхней губой выступили капельки пота. Офис Серых внезапно сжался до размеров наперстка, и ему срочно захотелось выбежать на улицу.
– Костя, – железным тоном обратилась к нему хозяйка домика, – прекрати истерику. Я тебе помочь хочу: между прочим, ты сам выстрелил себе в ногу, когда взял без спроса деньги жены. А теперь вот, можешь хоть что-то накопить, загладить вину, так сказать, спасти свой брак.