_____
Началась эпоха дождей. Зарплаты хватило на еду, но на ремонт обуви он взял в долг у приятеля, с которым впервые пробовал алкоголь, пару месяцев тому назад, и уже пожалел об этом решении, так как понимал, что денег отдать со следующей зарплаты не хватит… На самом западе стоит фабрика. Несколько красных кирпичных корпусов, кое-где высятся закоптившиеся трубы, огромные, словно столпы производства, подпирающие этот мир. Площадь огорожена дощатым высоким забором, покрашенным в черный, с колючей проволокой. Небо было пасмурным. Множество белых облаков наслаивались на серые. Оно угрожало, но столбы дыма надёжно подпирали его. "Я построил эти столбы…" — усмехнулся про себя Марк. Парень шёл до ближайшей трамвайной остановки, чтобы прыгнуть сзади и проехать зайцем снаружи пару десятков кварталов до своего чердака, забрать деньги, которые там хранил и отправиться на рынок, чтобы, может быть, своровать немного фруктов. Следующий день выходной. Это был короткий вдох свободы. После рынка Марк пойдет в своём любимое местечко.
_____
Против двери располагалась кухня. Она была выкрашена в холодные тени, рядом с окном, которые было в свою очередь почти напротив входа в комнату, стояла печка толстобрюшка. Улыбка приятно растянулась, глаза сузил добрый прищур. Марк опустил тряпичную сумку на пол, стал пред ней на одно колено и торжество достал кусок краденного мяса, завернутого в полотенце. Ему удалось стащит шейку. Также он принес немного овощей, среди прочих покупок нашелся хлеб. Его Марк ни за что не воровал, считая, что это не благородно для рабочего. Но о краже мяса был решительно иного мнения, ведь это пища богачей, торгуют ею, соответственно, редкие деляги, способные перегрызть горло. "Горлогрызы мне не товарищи!" — воскликнул про себя удачливый парнишка, ухмыльнулся, от того, как ловко и невинно обозвал торгашей, не применив черную низкую ругань. Он старался даже не думать бранью с тех пор, как познакомился ещё с одним укромным место, стывшим для него уютным уголком его расширявшегося мира…
_____
Конечно, помимо одного домика, который приглянулся Марку своей роскошью, в деревне были и другие дома, обитателей которых,
прежний хозяин коттеджа видимо вогнал в долги, а после вогнал в места и по хуже. Это были дощатые хлипкие постройки, убогие скрипучие гробницы, лишенные трупов. Участки огорожены воображаемыми линиями, по колышкам, поля вблизи принадлежали единому фермеру. Среди этой деревянной мертвечины стоял ещё один достойный взгляда дом. Тогда Марк излазил здесь все, расширяя ореол своей памяти. Но этот дом оставил напоследок. На западе небольшой одинокий холм отделялся от деревни зарослями вишни у подножия. Дом же стоял там, один этаж, размерами он не равнялся с коттеджем и был проще. Глядя на него, парень в шутку думал даже иной раз, не заревнует ли его прежнее обиталище. Впереди простиралось солнце в своей агонии, раскидывая по небо оттенки от красного до синего. Узкая "Г"-образная постройка темнела на фоне заката. Острая крыша указывала в небо, где появлялись уже первые звезды, меж туч, где-то бледнела луна. Узкие окна были закрыты ставнями. Марк взял светильник и заправил его бензином. Задул ветерок… Он пошел по траве, сто шагов. Там, на вершине, ждала желанная дверь. "В моем ничтожном мире так мало желаний, так мало дверей, эту я хочу, как никогда…" — подумал и смутился, затем эмоциональный шум обернулся пастельным страхом, делающим мысли серыми. Сапоги раз за разом мнут холодный кустарник. Дыхание сминает духи старости, коими себя опыляет место, и рука протягивается к ручке двери, та круглая, металлическая, в ней быстро перетекает отображение реальности, ненадолго оставленной позади. С более, чем хотелось бы, звучащим скрипом, поворачивается дверь. И вот она открыта наружу. Марк входит. Здесь без окон и мрачная комната на углу. На полу неясный ковер, справа длинная комната, двери в проходе нет, она лежит тут же, будто упала от наглейшего удара. Справа комната закрыта. Парень подошел и попробовал. Заперта. Тогда побрел аккуратно на лево, в продолговатую, наверное, гостиную. Над лежачей дверью склонился, ручки не было, как и замка, похоже их никогда не было, в центре виднелись следы топоры. Марк прикоснулся к ним пальцами и потрогал. Наступила грусть, вместо любопытства или погружения в ауру, стало жалко… Такого он ещё не испытывал. Сердце закололо, но значения этой боли не придавалось. Внимание переключилось на саму комнату. Длинный стол, два стула с высокой спинкой, в общем стиле постройки. А больше и ничего. Стены были голые. Но имелся небольшой камин. Марк подкрался к нему, взял кочергу, прислонившуюся к стене тут же, поворошил останки углей.