- Да хрен их знает, - откровенно ответил тот. - А знал бы, работал бы, наверно, в Генштабе, а не в слесарке. Я вон в детстве читал "Зверобоя" - так там те индейцы, как попривыкли, бодренько так начали бледнолицых резать на скальпы, да еще и с прибытком - прирежут наглосакса, скальп загонят французам, и наоборот, - он прервался, нашарив в кармане пачку дешевых сигарет.
- Ну и что вы тогда не под ружьем с такими мыслями? - визгливо осведомился чесучовый.
- Не взяли в свое время по сердцу, - охотно призналась толстовка. - Да и мобилизацию ж так и зажали. Генералы, я так думаю, нихрена не могут решить, как будем воевать - то ли трупами заваливать, то ли лупить сразу ядреной бомбой. Вон тебя, парень, тоже ж не загребли.
Ник фыркнул.
- Загребли, - сообщил он. - Прямо на рабочем месте. Всей фирмой. Пришли из военкомата, дали подписать приказ и сказали, что теперь мы типа как гражданский персонал на контракте с Минобороной. А дальше как работали - так и работали, только бумажек стало больше, - он вовремя оборвал себя на полуслове. Конечно, очень сомнительно, что рядом притаился шпион пришельцев, которого бы заинтересовало содержимое армейских накладных. От гражданских отличающихся только загадочными абрревиатурами "изд. 2П47-12, 10 шт" вместо привычных "ламп светодиотных, 5 коробка". Но все же его подпись значилась и под формально-канцелярскими оборотами приказа о неразглашении рабочей информации.
- Надо же, - толстовка жадно затянулась. - А здесь чего делаешь?
Ник неопределенно хмыкнул. Он мог бы рассказать и о пришедшем в последние дни новом приказе - предписывавшем их мелкой вагонотранспортной фирмочке перебраться куда-то в оренбургскую глушь. Насильно никого не держали, и несколько человек предпочли увольнение внезапной командировке-переезду. Однако Ника не держало в Екатеринбурге ничто серьезное, и он с легким сердцем собрал чемодан и запер дверь съемной квартиры.
В этот момент лица окружающих дружно повернулись к экрану. И чесучовый костюм, и толстовка вскинулись, обратившись в слух.
- Атака завершилась определенным успехом, - на сей раз на экране появился не примелькавшийся уже диктор, а кто-то в форме ВКС. - Уничтожена часть легких аппаратов пришельцев, удалось получить ценную информацию о противнике и методах противодействия ему. Тем не менее значительная часть вражеских кораблей продолжает движение к Земле. Если их текущее ускорение не изменится, они войдут в атмосферу через восемь часов.
Всем гражданским лицам приказывается укрыться в бомбоубежищах согласно расписанию воздушной тревоги и выполнять распоряжения уполномоченных гражданской обороны! Организованно следуйте к пунктам сбора, взяв с собой личные вещи и документы! Следуйте указаниям сотрудников органов внутренних дел и государственной власти!
Объявление заглушила взвывшая над полустанком сирена. Среди солдат наметилось движение, мимо рысью пробежало несколько молоденьких срочников.
Чесучовый мелкими шажками приблизился к одному из нацгвардейцев, стоявших у ограждения.
- Прошу извинить, товарищ военный, - пробормотал он. - А куда нам укрываться?
Старлей смерил его холодным взглядом.
- Сами ждем приказа, - буркнул он. - Говорят, на переезде "Камаз" не разъехался с эшелоном. Вот и стоим. Когда надо будет прятаться - вам доведут, куда, - он отвернулся.
- Дурдом, - толстовка сплюнула. - Куда ехать - не знаем, что творится - не представляем. Одно утешение, никому нахрен не нужен этот полустанок, чтобы его бомбить.
- А вы откуда знаете?! - чесучовый, похоже, вновь оседлал любимого конька. - Вы уверены, что они не испепелят всю земную поверхность?
- Хотели бы - испепелили, - буркнул его собеседник.
Ник не прислушивался к разговору. Снова вернулась ставшая привычной в последние дни спасительная отстраненность. Когда весь твой мир разлетается на части, сменяясь калейдоскопом лиц, мест и новостей под голубым сиянием шести звезд апокалипсиса - и не остается другого выхода.
Холодный весенний ветер забирался под куртку и гонял бумажки по перрону. Галка опустилась на перрон, принялась выковыривать что-то съедобное из щели между камнями. Недовольно скосила глаз в сторону людей.
Тичиак опустился на выветрившийся бетонный склон, принялся выковыривать что-то съедобное из щели между плитами. Недовольно скосил глаз в сторону ли-ча.
Ш-Тилл наморщила губу, ответив тичиаку недовольным взглядом. Три часа в засаде - и все может пойти насмарку из-за проклятого летуна. Чиллаты - звери умные, и недовольный крик летучего ящера может их встревожить.
Она замерла в полной неподвижности, надеясь, что тичиак примет ее за кусок бетона. Сплетенная из обрывков пластиковых мешков накидка с прихваченной рыбьим клеем бетонной крошкой не только хорошо маскировала блестящую в лучах утреннего солнца шерсть ли-ча, но и худо-бедно защищала от порывов свежего бриза.
На фоне рассекающего горизонт обломка шпиля Двенадцатого маячили паруса двух лодок племени. Болид, который племя видело на прошлой восьмидневке, и впрямь оказался дурным предзнаменованием - рыбьи косяки покинули прибрежные воды острова. Ши-Лейе со своими дружками уже заговаривал - пока не в присутствии Старшего - о рыбалке в водах Двенадцатого острова. Да, повод к войне между племенами - но разве лучше позволить голодать женщинам и детям? Даже если война пойдет неудачно - что же, племя избавится от лишних ртов.
Ш-Тилл усилием воли заставила себя успокоиться, и ее мех разгладился. Если ей повезет на этой охоте - дурачье утихнет. Мяса одного чиллата хватит племени на дня два-три, а там, глядишь, уловы станут обильней.
Тичиак взмахнул перепончатыми крыльями и взвился вверх. Чиллаты, пасущиеся под обрывом, где гарпун Ш-Тилл не мог их достать, вскинули головы над водой. Проводили взглядом мелькающие серо-голубые крылья.
Неужели удача? Один из тяжеловесных чиллатов, неуклюже шлепая по воде длинным плоским хвостом и толкаясь ластами, кажется, выбирался на мелководье. Он обвел берег подслеповатым в воздухе взглядом. Склонил голову и принялся обрывать с пологой древней бетонки плети водорослей.
Ш-Тилл затаила дыхание. Ее четырехпалая ладонь очень тихо сжала древко гарпуна. Черные глаза впились в поднимавшуюся над волнами спину.
Сейчас... сейчас... Сейчас!
Сброшенная накидка отлетает в сторону. Заученное движение - гарпун вверх, ногу под себя - и Ш-Тилл выгнулась, словно лук, и снова согнулась, всем телом посылая в полет копье со стальным зазубренным наконечником. Тонкая черная нить протянулась вслед за гарпуном.
Чиллат завизжал. Гарпун глубоко вонзился в толстый бок животного. Древний трос, привязанный к заржавелой скобе, натянулся, словно струна, когда чиллат попытался уйти в спасительную глубину. Ш-Тилл запрокинула голову, насколько позволяло ей телосложение, и издала пронзительный визжащий вопль.
Над краем парапета поднялось еще две блестящих сутулых фигуры. Ши-Алч и Ши-Те бросились вслед за Ш-Тилл, подняв фонтаны брызг, ворвались в морскую воду. Занесли копья, поочередно метнули в судорожно бьющегося чиллата. Копье Ши-Алча скользнуло по гладкой шкуре, зато Ши-Те удалось метко всадить гарпун в ласт животного. Чиллат выгнулся, пытаясь достать пронзившую конечность палку зубами, и Ш-Тилл, рискованно бросившись вперед, всадила копье в подставленную шею.
- Третья Атака! - Ш-Телл торопливо затягивала петлю под ластами туши. - Тащите, тащите! Пока не пришли морские пасти!
Ли-ча налегли на тросы. Чиллат весил немало, но и силой троица не была обижена - и вскоре мокрая серая туша оказалась вытащена далеко от уреза воды, туда, где не приходилось волноваться об угрозе со стороны морских хищников.
- Ура! - Ши-Алч неуклюже выплясывал вокруг туши, размахивая копьем. - Мы сыты! Мы сыты!
- Мы будем сыты, когда притащим мясо в сушильню, - охладила его пыл Ш-Тилл. - Помогите мне с разделкой!