-Я от него сбежал, и он хочет убить мою сестру и племянницу. Возможно, сейчас уже к ним едет.
-Дурное дело. Ладно, я тебе помогу, вместе Зверя убьём, нечего этой суке землю поганить. Значит так, где сеструха твоя живёт?
-В Одинцове.
-Это хорошо. Значит время у нас ещё есть. Тогда поступим так: я соберу братков, а ты идёшь к ментам, только сразу к капитану иди.
-Он мне не поверит. И, тем более, вы хотите поймать его вместе с полицией?
-Знаешь генерала, который из Москвы приезжал, которого вся местная полиция до ужаса боится- и есть тот третий мой друг, который вместе со мной сел и жив остался. Он авторитетом так и не стал, а власти большой хотел, да и нам среди ментов свой человек был нужен, ну я и помог ему занять место предыдущего одного генерала. И городу хорошо, он из Москвы приказывает по-тихому никого не трогать, главное моему бизнесу не мешать, и мне, я налоги с доходов не плачу, и торговцам, которые мне меньше платят. Так что всё проще, чем ты думаешь, считай вся местная полиция мне подчиняется.
-Хорошо, я пойду, надо спешить.
-Подожди, я сейчас Игнатия позову, он тебя на машине быстро довезёт, а то ты со своими костылями туда долго не доберёшься.
Насир достал из кармана телефон, набрал номер, после чего приложил айфон к уху и через несколько минут спросил:
-Игнатий, дорогой, это ты?
-Да, Насир Мусаддикович. Вам что-то надо, а то я уже домой хотел отправляться.
-Ты меня извини, но тут друга моего до полицейского участка надо подбросить. Поможешь?
-Конечно помогу. Пусть тогда ваш друг спускается к центральным воротам, там чёрный кадиллак стоит, это мой.
Насир бросил трубку, а Юрий Григорьевич быстро спустился по лестнице, дошёл до центральных ворот и направился к машине, в которой его ждал Игтаний.
Он быстро довёз старика до полиции, высадил возле большой липы, с которой уже давно опали все листья, попрощался, закрыл дверь и поехал дальше, а Зорин, опираясь на костыль, медленно направился к старому и обшарпанному серо-зелёному зданию. Он постучался в дверь и приоткрыл её. На пороге его встретил лейтенант. Он грубо схватил старика за руки и, буквально, вытолкнул его на улицу, после чего прижал к стене, посмотрел в глаза и сурово спросил: