Но могу ли я верить тому, кто меня удерживал?
Кто нас может убить? Жители города, которым наплевать на всех, кроме них самих? Даже смешно. Только я не засмеялась, потому что вдруг из темноты послышались голоса. На улицу, где не так давно стояла я, вынырнули люди. Они говорили на совершенно незнакомом мне языке, да и двигались как-то неестественно. Я едва смогла разглядеть, что кто-то указал в сторону упавшего с неба камня, и вся толпа ринулась в том направлении.
Когда чужаки скрылись, парень отпустил меня, и я смогла выдохнуть.
— Кто это? — спросила, стоило оказалась с ним лицом к лицу. Мне не удавалось разглядеть его, хоть и глаза привыкли к темноте.
— Это дикари. Они живут на окраине. Лишь после бури забираются в город ради наживы, пока жители прячутся лачугах. Если бы они тебя увидели, то посчитали бы опасной и убили. А ты стояла посреди улицы, привлекая к себе внимание.
Что ж, информация о том, что дикари бывают в городе, да еще и тогда, когда другие люди прячутся или спят, для меня не нова. Просто я никогда не встречала их. Даже не думала, что увижу. Потому-то и не сразу догадалась, от кого меня спрятал незнакомец.
— А зачем ты крался?
— Я не мог понять, кто ты. Ты могла быть одной из них, — кивнул он в сторону, куда убежали дикари.
— А кто ты? Откуда так много знаешь о них? Я думала, они уже давно организовали собственную общину в другом месте.
— Ошибаешься. Многие просто ушли, чтобы жить вне правил. И вот чем это обернулось. Прошло совсем немного времени с тех пор, как человечество улетело, бросив нас умирать. Но ты погляди, — он повел головой, будто бы указывая мне на здания, на окружение, — природа разрушила цивилизацию слишком быстро. История забывается. А люди приняли новые правила игры. Среди нас еще есть те, кто жил во времена царствования землян на планете. Но даже они словно забыли об этом.
— Кто ты? — повторила вопрос, поражаясь рассуждениям незнакомца. Ведь он говорил то, о чем я размышляла все эти годы. Я думала, что одна такая… странная.
— Тебе есть куда идти? — Он снова проигнорировал меня. — У тебя же должен быть дом. Давай я тебя провожу.
Мужчина схватил меня за руку и выволок на улицу из тени. Но я остановила его, выдернув свою ладонь.
— Почему ты игнорируешь мои вопросы?
— А что ты можешь знать? — Парень вздохнул, да так громко, что показалось, будто здания сделали то же самое вместе с ним. — Не загружай свою голову. Уверен, у тебя есть дела куда важнее, чем беседа с сумасшедшим.
Меня снова попытались схватить за руку, но я вовремя заметила жест и отпрыгнула назад.
— Это ты-то сумасшедший? Прогуляйся по моей улице и поспрашивай людей обо мне. Все как один скажут, что я — сумасшедшая мечтательница.
— И почему же они тебя так называют? Ты мечтаешь о чем-то большем, чем они? Когда лазала по заброшкам, наткнулась на интересную книжку и захотела так же?
— Ты меня убиваешь, — тихо, скорее самой себе, сказала я. Этот парень начинал меня раздражать.
Считает себя умнее других только потому, что его мышление иное. Да даже я себя таковой не считаю. Мое отличие от других лишь в вере и способности мечтать о большем, но это не упирается в разум.
— Слушай, ты перешел на оскорбления, если не заметил. Если бы не было так темно, я бы отвесила тебе оплеуху, недоумок. Я не тупица.
— Докажи. Что ты знаешь?
— А почему я должна что-то доказывать?
— Потому что хочу знать, поймешь ли ты то, что я могу рассказать.
— Это глупо. — Я скрестила руки на груди и отвернулась, надув губы, словно маленький ребенок. С таким недоноском разговаривать — просто себя не уважать. — Считаешь себя слишком экстраординарным, да?
— Что, прости?
— Экстраординарным. Ну или исключительным. Эксцентричным. Называй, как хочешь.
— Я знаю, что это значит, но откуда у тебя такой словарный запас? В школах…
— Да, — кивнула, — в школах ушли от подобных понятий. Но я с детства была немного двинутой, как все говорили. Я с самого начала считала, что ответственна за свое существование. Как и любой другой человек. Но все они смирились с текущим положением дел. И просто ожидают, когда природа убьет их. А я так не могу. Я знаю, что те люди спаслись. Не подозреваю, почему не вернулись за нами, но улететь к ним — единственный способ выжить. И пока каждый не поднимет свою пятую точку, мы не сможем ничего сделать.