- Главное, чего я хочу, — задыхаясь, рычал Илья. – Не помнишь, что ты мне обещала? Как в любви клялась? Давай обсудим. Ты меня обманула и ребёнка моего украла, сука. Теперь по хуям скачешь. Шлюха.
- Оставь меня в покое, я больше к тебе отношения не имею. Какая тебе разница? – рвалась на волю Вера, по физическим ощущениям понимая, что он уже успел наставить ей синяков.
- Я тебе объясню разницу, немного погоди, — захлёбывался злобой Илья, с упоением сжимая пальцы до предела. Он понял, что готов принять Веру обратно, даже такую, пользованную, ради вот этого чувства удовлетворённости, когда ей больно. А ей должно быть плохо, она заслужила.
В следующую секунду, хватку разорвала другая, явно мужская рука. Илью охватило чувство безграничной утраты. Алексей ждал Веру в машине, рядом со школой, в салоне он сидеть не остался, вышел и высматривал её, сразу различил её фигурку, безошибочно отличив от остальных. Второй человек, приблизившийся к Вере, тоже не остался незамеченным.
- Ты дебил? – лениво поинтересовался Алексей у соперника. – Я ведь могу устроить тебе перелом обеих нижних конечностей.
- За угрозы ответишь, — буркнул Илья и вдруг побежал от них, остановился метрах в тридцати, у самого начала тропинки, продолжая кричать оттуда. – Как бизнес? Сильно просел? Я тебе не какой-нибудь, не с тем связался.
- Поближе подойди, — радушно крикнул ему Алексей, не меняя прежних ленивых интонаций. – Неслышно, чего ты там тявкаешь. А лучше вали с территории школы, умник, долго ты здесь в костюме онаниста не продержишься.
И правда, Илья как-то разом испортился, лицо казалось помятым, серым и осунувшимся, общая небритость ему аккуратности не добавляла, он закутался в плащ, возможно, подходящий ему при прежнем шике и гордой выправке, но теперь он сутулился и ещё похудел. Образ эксгибициониста, показывающего девушкам неприличное из-под плаща, накладывался на него идеально.
- Я вам ещё покажу! – заорал во всю мощь лёгких Илья и потряс кулаком в воздухе.
- Лучше не показывай, — окончательно развеселился Алексей, подхватывая Веру под локоток и провожая к машине.
Вера отошла от нападения примерно на середине пути к дому и начала обдумывать услышанное от Ильи. Ничего нового, кроме одного.
- Про что он говорил? Он тебе вредит. Как? – забеспокоилась Вера, чувствуя, как увеличивается тяжесть повисшего на ней долга.
- Да я не знаю, наверное, он статейки имеет в виду, хает мою станцию, про трудовые права работников в последних затирает, нашёл одного обиженного и интервью у него берёт день через день, — сведя брови к переносице, нехотя признался Алексей. – Вреда от него примерно размером с уличную кусачую шавку. Я его легко переживу. Не думай о нём, не с такими справлялись.
- Я виновата, — прошептала Вера, опуская голову.
- Ты ни при чём, — быстро возразил Алексей, поглядывая в её сторону и отвлекаясь от дороги. – Как ты можешь отвечать за действия взрослого мужика? Единственное, что тебе следовало сделать, — уйти от него ко мне на несколько лет раньше, тут ты неправа, согласен, но я не в обиде.
- Он никогда от меня не отвяжется, — пожаловалась Вера, пытаясь скрыть набежавшие на глаза слёзы, не позволять им преодолеть ресницы и покатиться по щекам.
- Никогда – это очень долго, — не согласился Алексей и утешающе погладил её по коленке.
Ещё через неделю, белым днём в выходной, Вера шла домой с Агнессой из кондитерской, нагруженная парой бумажных пакетов с логотипом, внутри любимые вкусняшки дочери. Столкновение двух мужчин она заметила не сразу. Прижав к себе девочку, смотрела во все глаза. Один из них тот самый ублюдок, который помогал Илье похитить у неё дочь. Лысый, толстый, приземистый, с бородой, в руках у него пол-литровая банка, крышка уже скручена и внутри плещется от борьбы прозрачная жидкость. Знакомый мужик пыхтел, отбивался, но не забывал держать банку от себя на максимальном расстоянии, вытягивая руку. Второй изловчился, толкнул его, ударил вскользь по запястью, банка подпрыгнула, и жидкость пролилась прямо на открытую кожу предплечья, основная часть попала на защищённую кожаной перчаткой ладонь. Мужик завизжал и закрутился юлой на месте, второй отступил от него в сторону Веры, повернувшись к ней спиной.