В каком-то смысле они оставляли исключительную пару, дополняя друг друга. Некрасивый, необщительный, полностью замкнутый Пётр и словоохотливый, спортивный, легко выстраивающий коммуникации Алексей. Один знал, как сделать, другой, где достать. Они обсудили от начала до конца и начали искать место. Пётр проявил предосторожность, и пришлось остановиться на сравнительно целом ангаре на территории заброшенного завода, в несколько километрах от города. Алексей без лишних слов догадался, что вполне может рвануть, и Пётр старался обезопасить случайных людей. Очень пьющий владелец развалин сильно обрадовался договору аренды, возня с документами заняла время, Алексей уехал лично за нужными материалами, оставив Петру денег. В итоге договор аренды заключал именно Пётр.
Они наняли десять человек, тщательно проследив, чтобы им нечего было терять. Никаких трудовых книжек, Алексей неплохо чувствовал людей и подобрал отчаявшихся бывших сидельцев, пытающихся начать нормальную жизнь. Платили им хорошо и вовремя, строго по договорённости, Пётр разжёвывал каждую задачу до мелкого крошева, которое каждый неумеха оказался способных проглотить. Производство открылось спустя пять месяцев, самым сложным оказалось достать качественные, несписанные баллоны. И понеслось. Алексей умудрился составить клиентскую базу прямо на пустом месте, в основном заманивая ценой сильно ниже рыночной. Вскоре среди покупателей числились несколько больших больниц. Неизвестно, как у них проходило по документам, но у Алексея образовалась целая очередь, довольно жадная и скандальная. Что ж, деньги отмывают на всех уровнях. Алексею пришлось освоить науку, странно она далась ему намного проще конструкторских решений Петра, как говорится, у кого к чему душа лежит.
Автомойка под управлением Алексея просуществовала чуть меньше года, палёная кислородная станция продержалась два с половиной, потом их накрыли, обиженный отказом клиент сдал. Алексея знатно потрепали, но Пётр конкретно влип. Их рабочие по большей части молчали, расколись двое и окончательно притопили Петра. Ситуация нестандартная, тем более для провинции, следователи примеряли к Петру одну статью за другой, не находя на какой остановиться, его не закрыли, посадили под домашний арест. Хуже всего был договор аренды, лучше, что Пётр не особо общался в своём нормальном состоянии, в стрессе вообще затыкался навечно.
Алексей бросить друга и не подумал, нанял ему лучших адвокатов, пару местных и областного. Алексей и Пётр участвовали в процессе впервые, воспринимая происходящее довольно остро и ожидая чего угодно. Прошли трудные одиннадцать месяцев, Петра осудили к штрафу в полтора миллиона. Даже не верилось, а начиналось так серьёзно и пугающе. Цех они потеряли, доход Алексей нормально вывел и спрятал. После приговора с Петра сняли браслет прямо в здании суда, пришлось потерпеть восторги адвокатов, и они медленно пошли от суда вдвоём, остановившись возле подъезда. Полдень, вокруг никого, можно свободно говорить прямо возле лавки, если сильно не орать.
- Мы заработали шестьдесят три ляма с копейками, — тихо сказал Алексей, он остался стоять, а Пётр уселся на старые доски, спрятав худые руки с выступающими суставами между колен. – Чистыми. Я чего-то не понимаю или нам повезло.
- Давай продолжим, — жизнь Петра по шёрстке не гладила, и трудности лишь вызывали остервенелое желание выстоять, несмотря ни на что. – Штрафанут ещё раз, пусть по максимуму, не страшно.
Алексей задумался и отрицательно покачал головой, у него не было учителей, но понимание того, что нельзя пользоваться одной и той же уловкой дважды лежало для него на самой поверхности.