Что она сделала?
Когда оправдывать агрессию мужа случайностью стало совсем невозможно, Вера переключилась на выяснение причин. Выявленную ошибку можно исправить, битьё сразу прекратится, и они заживут душа в душу. Как продолжать жить с Ильёй в мире и согласии, не вздрагивая от каждого его резкого движения, Вера не знала, но полагала справиться. Они так сильно любили друг друга до свадьбы. Первая любовь самая чистая и лучшая, большая удача её сохранить и превратить в семью. У них получилось. Почему потом начало разваливаться на глазах непонятно. Вера крепила хлипкую, кривую постройку личного счастья изо всех женских сил.
Девушка неожиданно громко хлопнула кухонной дверью. Муж стремительно поднялся со стула, бросив ложку в тарелку борща, так что по округе разлетелись кусочки картошки, ленты нарезанной капусты и капли. Шагнул к ней и пихнул кулаком в грудь, пока ещё не ударил. Вера отлетела к двери, ударилась спиной и затылком. Короткая вспышка боли.
- Убери, — скривился на бардак на столешнице Илья, отвернувшись от неё. – И горячего налей, жрать невозможно.
- Хорошо, — едва слышно пролепетала покорная жёнушка, не смея возмущаться его поведением.
Через неделю, вечером, она мыла пол в коридоре. Илья на редкость завернул домой и, по всей видимости, намеривался остаться ночевать. Он шёл к матери в гостиную, посидеть с ней, потерпеть скучный сериал, и послушать её похвалы, ему не надоедало. Поистине, только мама знает, что сказать. Илья неудачно поставил ногу, тапок съехал, он поскользнулся, на миг потеряв равновесие. Ещё эта прямо по центру раскорячилась. Илья прислонил к бедру жены ногу и толкнул поближе к стене, ещё не пинок. Неожидавшая Вера вывихнула кисть, запястье припухло и болело несколько дней.
Оксана Витальевна попросила сына прибить новый кусок линолеума перед порогом, чтобы грязь по квартире не разносить и мыть было легче, в старом образовалась некрасивая проплешина. Илья тянул как мог, мама умела настоять, поднимала тему снова и снова, пока он не сдался. Отодрать старый настил удалось сравнительно легко, правда пришлось испачкаться. С горем пополам он раскатал и выровнял новый отрез. Такими делами у них традиционно занимался отец, Илья раздобыл в маленькой кладовке молоток и несколько десятком мелких гвоздиков, не мешало ограничить края линолеума специальной закрепительной лентой, вбивать гвозди в неё, впрочем, так сойдёт. Гвозди ровно входить в материал отказывались, их гнуло в разные стороны, уходили боком, пару раз прочертили по новенькому отрезу некрасивые царапины. Илья попыхтел, устал и бросил, намереваясь вернуться к занятию через часок. Оставил прямо там, где его настигла необходимость срочно прилечь на диван, молоток и гвозди разбросаны на полу, грязный снятый отрез неопрятно горбится сбоку от порога, возле входа в гостиную.
Вера терпела остаток дня и до середины следующего. Илья снова отбыл по работе. Она сначала просто прибралась, и они начали исправно всей семьёй запинаться об завернувшийся конец незакреплённого линолеума, иногда ездили по нему в коридоре, пару сантиметров десятков туда и обратно, катались на небольшой волне. Спустя две недели с лишком, Илья вернулся домой без предупреждения, он никогда не ставил жену в известность, предпочитая держать в напряжении. Застал её на пороге. Она забивала гвоздики в пол, прямо по той самой не купленной им ленте. Рядом с ней на полу лежал смартфон, на маленьком экранчике запущено видео, какой-то старый козёл противным снисходительным тоном объяснял и показывал как надо. Собственно, Вера закончила забивать последние гвоздики прямо на глазах у Ильи. Девушка явно занималась этим в первый раз, делала медленно и неловко. Однако блестящие шляпки легли на полотно ровненькой линией, на равном расстоянии друг от друга, линейка тоже имелась неподалёку, наверное, мужик из видео посоветовал, такая тупица сама бы не догадалась.