Вера вообще не расставалась с дочерью, они ели фрукты и расположились на диване, не стеснив Алексея. Предмет мебели огромный и угловой, при желании десять человек может вместить. Включили телевизор, но мультики шли фоном, мама и дочь продолжали переговариваться и глаз друг с друга не сводили.
- А он кто такой? – громким шёпотом спросила Агнесса, наклонившись в маме поближе и косясь на Алексея.
- Привет, — словно выжидал случая отвлечься от телефона, обратился к ней напрямую мужчина. – Меня зовут Алексей, мы с твоей мамой давние друзья.
- Папа меня предупреждал, — сказала девочка, мигом помрачнев и закусив нижнюю губу зубками изнутри.
- О чём предупреждал? – взволновалась и смутилась Вера, начала торопиться, застрочила скороговорками.
- Ты из-за него не хочешь с нами жить, — устало разоблачила её девочка. – Ушла от нас, и я тебе мешаю.
- Неправда, — выкрикнула Вера, невольно повысив голос, но быстро взяла себя в руки. – Я и твой папа не подходим друг другу. От тебя я не уходила, мы вместе ушли. Помнишь?
- Но потом ты велела папе меня забрать, и он приехал, — девочка продолжала выдавать многократно повторённые, выгравированные в сознании утверждения, немного не заменившие настоящие воспоминания. – Отказывалась ко мне приезжать. И не звонила. И не отвечала. Папа сам набирал мне твой номер, он отключён был.
Агнесса не выдержала и заплакала от пережитых обид. Вера её обняла и прижала к себе, к счастью, девочка была не против, подалась к ней, и слёзы полились сильнее. Вера начала отзывчиво всхлипывать в ответ. Она не могла переступить невидимую черту и начать оправдываться, просто выложить правду. Чем она тогда будет отличаться от Ильи? Нельзя вмешивать ребёнка в их разборки с отцом.
- Я люблю тебя. Слышишь? Никогда не хотела от тебя избавиться. Папа, он сердится на меня и неправильно понял, — бесконечные признания единственное, что ей оставалось. – Ты самое дорогое, что у меня есть. Веришь мне? Люблю тебя.
- Я тоже люблю, — ревела Агнесса.
Вынужденный наблюдать бурную истерику, разложенную на два голоса, Алексей изумлялся, до какого дна способен опуститься человек. Травить мелкую девчонку на собственную мать. Конченный. Какие бы у него ни были отношения с Любовью, он не позволял себе сказать про неё хоть одно плохое слово в присутствии Олега, как бы они ни собачились между собой. Самое сильное выражение, ссылка на сложный характер женщины и всё. И отнять сына он тоже не пытался. Мать – это имя божества в устах и сердце маленьких детей.
Дальнейшее изначально представляло некоторую моральную сложность. Видя полный раздрай в эмоциях женщины и девочки, Алексей внутренне собрался. Главное — не затягивать, но уровень пройти придётся. Они должны начать давать отпор прямо с этого дня. Он подробно обговорил с Верой, что ей делать и говорить. Примерно через четыре часа, после воссоединения матери и дочери у Веры настойчиво зазвонил телефон. Молодая женщина сильно вздрогнула и вскинулась всем телом, сняла с дочери одну руку, взяла трубку, номер был незнакомый, звонок срывался на автоответчик и возобновлялся снова.
- Алло, — негромко произнесла Вера в трубку.
- Вера Ивановна? – послышалось с определённым напором, характерным для представителей власти.
- Да, — подтвердила девушка.
- Вам известно, где сейчас находится ваша дочь?
- Она со мной, — шмыгнув носом, произнесла Вера.
- Правда? – в представительном голосе почувствовалось облегчение и послышались обвинительные нотки. – Вам нужно немедленно явиться в отделение, возьмите с собой ребёнка.
Дальше Вере диктовали адрес и требовали поторопиться. Она не потрудилась записать и не надеялась запомнить. Алексей обговорил с ней заранее и точно назвал, куда им придётся ехать. Положив трубку, Вера не стала подниматься, вернула своей девочке полноценные объятия и замерла.
- Можем остаться дома, — негромко и очень спокойно предложил Алексей. – Сюда приедут, объяснение возьмут и уберутся. Ты в своём праве.
- Лучше, как сначала решили, — нехотя промолвила Вера, начиная шевелиться.