— Проследи, чтобы так и было, — приказал султан.
Принц Джем, находясь среди гор над Брусой, наблюдал за приближавшимися всадниками.
— Их не более шестидесяти, — отметил он. — Несложная работа для твоих сипахов, Омар-паша. Сделай её.
— Прими моё почтение, господин мой принц, — сказал Омар-паша. — Это, наверное, посольство от твоего брата. Нам не причинят вреда, если мы выслушаем, что они скажут.
Омар-паша посмотрел на Вильяма Хоквуда, ища у него поддержку. С трудом пережив ужас решения, принятого Джемом, оба военачальника несколько раз обсуждали положение дел. Они даже обдумали такой план: связать Джема и доставить его в Константинополь. Но в этом действии таился смертельный риск. Никто не мог сказать, что в действительности задумал султан.
К тому же они не были уверены в том, последуют ли за ними их люди. Несмотря на личные недостатки, принц был популярен. Он заботился об этом с момента прибытия в Брусу. Вряд ли воины пойдут против него, даже если им предложить солидное вознаграждение.
С точки зрения Вильяма Хоквуда противодействие принцу было практически невозможно. Серету и его детей отправили в гарем принца, к ним теперь не было доступа.
— Со мной твоя семья будет в безопасности, — сказал Джем, — это продлится до тех пор, пока мы не победим.
Бросить семью — дикая мысль, сражаться против султана — невозможное предположение. Вильяму было неприятно, что он так молод и не способен принимать верные решения. Ему казалось, что его отец никогда не согласился бы на такое унижение. Он отреагировал бы жёстко и в результате или умер бы, или победил. И конечно, пожертвовал своей семьёй, если бы это было необходимо.
Значит, у него не хватает смелости, чтобы быть настоящим Хоквудом?
Но... возможно, решающий момент наступает. Глаза Вильяма сузились, когда кавалькада подъехала ближе. Сверкающие наконечники пик, летящие многокрасочные шёлковые плащи и блестящие на солнце обмотанные материей шлемы, маленькие, но сильные лошади...
Человек, ехавший впереди, возвышался надо всеми. Его конь был крупнее, чем у других.
Сердце Вильяма учащённо забилось.
— Посольство возглавляет мой брат Генри, господин принц, — сказал Вильям. — Теперь мы узнаем истинные намерения твоего брата.
Генри Хоквуд стоял перед принцем.
— Мой господин и твой, султан Баязид, посылает тебе привет, господин принц, и желает узнать, почему ты отклонил его приглашение посетить Константинополь?
— Он принимает меня за дурака? — спросил Джем.
— Мой господин султан просил сообщить твоему высочеству, что не принимает предложение о разделе империи. Он говорит, что этого не было в истории нашего народа, что это противоречит «аныю» и что великий муфтий не может найти этому оправдания. Но господин мой султан приказал мне передать тебе следующее: он желает просто поприветствовать тебя и сохранить тебе жизнь. Он дал мне указание уверить твоё высочество, что он издал указ, который сделает безопасным твой путь.
— А что меня ждёт в Константинополе?
— Султан готовит дворец для твоего высочества, недалеко от своего. Мой господин султан желает, чтобы его младший брат был его правой рукой.
— Он держит меня за дурака, — повторил Джем.
Генри посмотрел на своего брата Вильяма:
— Наш отец просил, чтобы ты помог убедить его высочество не принимать поспешных решений.
— Постараюсь, — ответил Вильям. — Я уверен, что султан ничего дурного не имеет в виду, господин мой принц. Он никогда не нарушит слова, данного при всех.
— Юный Хоук прав, господин принц, — сказал Омар-паша. — Теперь только благоразумие может стать основой справедливости и счастья.
Джем обернулся и посмотрел по очереди каждому в лицо. Потом он обратился к Генри Хоквуду:
— А если я не пойду у него на поводу?
— Мой господин, если ты не возвратишься со мной в Константинополь, султан объявит тебя изменником и бросит всю военную мощь империи против тебя.
Джем погладил бороду.
— Как ты думаешь: кто возглавит войско?
— Увы, господин мой принц, командующим, несомненно, будет Хоук-паша.
— Тогда предоставь ему эту работу. Он будет воевать против собственной семьи.
Генри поперхнулся и выжидательно посмотрел на Вильяма.
Вильям мог только поднять брови, надеясь позже обсудить ситуацию один на один с братом.
Генри снова посмотрел на Джема.
— Это ответ, который я должен доставить султану, господин принц?
— Нет, — отрезал Джем. — Ты ничего не доставишь. — Он посмотрел на человека, стоявшего рядом с Генри. — Как тебя зовут?