Объединённый флот даже не пытался таиться. Командующие каждой из его частей прекрасно понимали, что спрятать такую армаду кораблей почти невозможно… да и особенно смысла в этом не видели. Они пришли сюда найти врага и сразиться, но никак не прятаться от него. Оттого и встали на якорь в прибрежных водах Османской империи, лишь немного не доходя до Ионических островов. Ну и, само собой разумеется, позаботились об охранении, выслав в дозор быстроходные и вместе с тем опасные для противника корабли — те самые неплохо вооружённые каравеллы под командованием Джузеппе Калатари, лучше иных себя проявившего во время тех самых вылазок «вольного охотника». Можно было не сомневаться — любому кораблю османов первым делом цепными ядрами порвут паруса, а затем устроят пару десятков дырок на уровне ватерлинии, от которых корабли сперва резко теряют ход, хлебая воду, а затем либо тонут, либо становятся жертвами абордажа… после того, как по палубе просвистят снопы картечи.
Собравшиеся в капитанской каюте «Дюрандаля» были одновременно и воодушевлены и встревожены. Воодушевление происходило из понимания, какая сила собралась под их флагами, такого уже давно не было. Тревога же… тут и понимание мощи османского флота, и уже возникшие споры касательно командования и действий в предстоящем сражении.
— Не будем отрицать очевидное, синьоры, флот Кемаль-реиса огромен, — великий магистр ордена госпитальеров д’Обюссон не пытался скрывать очевидное. — Ранее мы думали, что галер-кадырг будет шесть, может семь десятков, но их почти сотня. Сорок галиотов и почти три сотни малых кораблей. Похоже, магометане или вызвали подкрепления со всех уголков империи или…
— Магрибские пираты или иные наёмники, — проскрипел едва оправившийся от болезни Фадрике Альварес де Толедо-и-Энрикес де Киньонес, герцог Альба, знатный испанский гранд, кому лично королева Изабелла Трастамара поручила быть её карающим клинком на море. — Может, я плохо понимаю в парусах и канатах, но знаю, как быстро все эти мавры слетаются на звон золота. Получается, они сохранили преимущество в числе.
— Флот республики готов повергнуть османов даже в одиночку!
На эти хвастливые слова Антонио Гримани, венецианского капитана, не только назначенного на должность, но искренне считающего себя талантливым флотоводцем, постарались не обращать особого внимания. Все собравшиеся понимали, кто он и что из себя представляет. Но и возражать не хотели, представляя, к чему может привести уязвлённое самолюбие этого человека. Что же до флота, выставленного Венецией, то он и впрямь был внушителен. Десяток каракк, четыре десятка больших галер, двадцать галиотов и почти сотня малых судов — венецианцы хорошенько напрягли силы, чтоб собрать в единый кулак такое число кораблей, к тому же с полными командами не из новобранцев, а опытных моряков, умеющих к тому же и сражаться.
На этом фоне печально смотрелась флотилия, приведённая госпитальерами, всего три с половиной десятка галер, больших и не очень. Увы, но Орден сейчас находился не в самом лучшем состоянии, да и для защиты того же Родоса требовалось кое-что оставить. Иначе было нельзя. Что же до испанской и итальянской частей объединённого флота, то там дела обстояли значительно лучше. Семь каракк, два десятка галер и восемнадцать каравелл — вот то, что чета Трастамара выделила для помощи итальянскому союзнику и родственнику, присовокупив ещё и герцога Альбу как командующего, тем самым в очередной раз показывая крайне благожелательное отношение.
Гарсия де Лима понимал это. А ещё то, что для Его Величества Чезаре Борджиа победить османов на море было очень важным. Иначе не стал бы король Италии собирать вод своим флагом… точнее флагами — Италии и Ордена Храма — почти все корабли из числа должным образом вооружённых и с уже сплаванными командами. Двенадцать каракк, двадцать три каравеллы и шестнадцать галиотов. Всё, что смогла выставить Италия. Все корабли, большей частью купленные у самых разных стран, причём порой за цену, значительно превышающую реальную стоимость. И отсутствие медленных галер, по двум причинам. Во-первых, ставка была сделана на маневренность и скорость. Во-вторых, несмотря на то, что оружейники королевства отливали в плавильнях всё новые и новые стволы для орудий, их всё равно не хватало. Слишком высокие требования предъявлялись к новым творениям. Хотя… де Лима понимал необходимость подобного, слухи о том, что бывает при разрыве ствола, были отнюдь не пустыми. Достаточно упомянуть лишь о том, что у орудийной прислуги почти не было шансов выжить. А это что и неудивительно, никому не хотелось испытать на себе.