Выбрать главу

   Я очнулась на полу, и точно не дома. Пол металлический, серый, матовый. Первая мысль, возникшая в мутной голове: "Сколько мы вчера выпили?". Голова раскалывалась и шла кругом, не давая сосредоточиться.

   Прошла пара мучительных минут, и я пришла в норму. Ничего уже не болело, и даже не мутило. Голова стала кристально чистой, и в неё полезли неудобные вопросы. Первое это: "С кем мы бухали?". Второе: "А была ли пьянка?". Совсем не помню, что предшествовало моему теперешнему состоянию.

   "Зовут меня Марина Цветочная" - помню своё имя, уже хорошо. Легко вспомнила место работы и свою квартиру в "хрущёвке" (не совсем свою, живу я ещё с мамой).

   "Но где я сейчас?" - довольно актуальный для меня вопрос.

   Я поднялась с пола, и осмотрелась. Комната, в которой я находилась, была тюрьмой. Тюрьмой не в том смысле, совсем не обезьянник. Комната была строго кубическая, по 2,54 метра каждая сторона. Стены из листового титана, толщиной в 2,54 см. Нет вентиляции и освещения. Это даже не тюрьма, а саркофаг.

   "Дюймовочка! Чертовы американцы, со своей имперской системой мер!" - я же всё-таки инженером работала, и намучилась с переводом величин.

   И тут меня слегка накрыло: "Как я померила комнату? А как толщину стены узнала? И как я вижу в полной темноте?". Я одним взглядом определила габариты и материал, чего раньше за собой не замечала.

   "Жуть какая-то!" мысленно ругнулась я, и инстинктивно обхватила себя руками.

   И тут меня накрыло ещё раз, и на этот раз конкретно. Я была твердая и пластмассовая. Я была сраным роботом, как в фильме по Азимову. Пластиковые щитки по всему телу, и чёрная резина на суставах. Я ошарашено упала на пол, не смогла закричать - не было голоса. То чудовище, что сделало это со мной, не дали мне голоса.

   "Чертов шовинист! Слушать меня ему, видите ли, нет необходимости!" В голове всплыла картинка какого-то робота с выпученными глазами-объективами. Размером с человека, но больше смахивающего на толстожопого, коротконогого горбуна с руками до пола. Сейчас я была уверена, что виноват во всём произошедшем он.

   Отсутствие гормонов в организме не позволило мне надолго раскиснуть. Я же теперь не испуганная девчонка, а расчетливый андроид. Первым делом надо было разобраться с тем, где я сейчас, и что делать дальше.

   Осмотр пространства вокруг показал, что за одной из стен была кабина пилота. Мой проникающий взгляд не так уж и далеко пробивал, и всю конструкцию я охватить не смогла. Но и того, что я увидела, хватило понять, что мы летим. Только было не ясно, это самолёт или звездолёт. Конструкция очень странная, и довольно сырая. Будто специально для перевозки меня сделали один экземпляр.

   Пилот был один, но кресла для управления два. "Куда же делся второй пилот?" - подумалось мне, и тут же в голове всплыла картина небольшой битвы. Вторым пилотом была боевая девушка, накаченная блондинка. Она боролась с роботом, с которым мы работали в паре.

   Я занималась установкой антенны в скальный грунт, а второй механический урод меня охранял. Указания по работе я получала через сеть. "У меня теперь встроенный Wi-Fi?" - мне стало слегка смешно.

   В самый разгар работы десантировалась эта парочка, не дав мне закончить. Меня бравый капитан вырубил электрошокером, даже не предупредив и не давая шанса на добровольную капитуляцию. Я бы и сопротивляться не стала, я же инженер, а не пехота. Хотя кто знает, я же не контролировала себя. А вот мой охранник-грузчик уже обладал некоторым арсеналом для обороны.

   Последнее, что я помню из той заварушки, так это девку, кинувшуюся в рукопашную на робота. Её прожгло плазменным резаком. Просто не хватило ловкости, чтоб вырубить его таким же шокером.

   "Глупая смерть, стрёмной бабы" - мне её было совсем не жалко. Жалко было первого пилота. В его глазах в тот момент было столько боли, что я даже сейчас ему сочувствую. Но он не растерялся и мужественно сбежал с поля боя, захватив обездвиженную меня. Закинул в ящик, где я уже отключилась совсем.

   Самое обидное, я даже не знаю где происходил весь этот экшен. Это могло происходить как в горах, так и на другой планете. Хотя, насколько мне известно, наши человечки дальше луны ещё не летали. Трудно представить, что они так с лёгкостью летали на другую планету. И уж тем более на этом летающем гробу.

   "Что ж пора выбираться из титановой коробки!" - у меня не было сомнений, что даже 2,54 см титана станут для меня препятствием.

   Глядя на стену, я перебирала варианты вскрытия стены. Нарисовала в воображении прямоугольный проход. Его запросто можно прорезать плазморезом. Мне показалось, что прямоугольник это скука. Представила глаз. Левый. Не понравилось. А если анимэшный глаз? И почему проход должен быть в форме глаза? Большие пышные губы.

   "Ну что за бред?" - совсем крыша поехала.

   Капитан сидел в двух метрах от меня. Нас разделял слой титана, переборка, стойка с оборудованием и спинка кресла. Прицелилась лазером ему в темечко, и начала прикидывать какую мощность дать. Надо разом прожечь весь метал, кресло и голову. Он и не заметит, как умрёт.

   "Блин о чём я опять думаю? Так легко убить человека? Тем более единственного пилота! Это точно не мои мысли. У меня есть лазер?" - я посмотрела на указательный палец. Именно в указательных пальцах у меня встроенные лазеры на хреновы гигаватты мощности.

   Я чуть-чуть чиркнула по стене лазером. Проплавила небольшую канавку в металле. Она ещё некоторое время светилась красным. Из ладони пшикнула плазмой - тоже хорошо режет. Выглядит со стороны как ускорители у Тони Старка, только летать не позволяют.

   "Надо всё же поговорить с пилотом. Он человек, и я тоже человек - договоримся" - именно с такими мыслями о сотрудничестве я пошла к нему. Пошла прямо сквозь стену. Медленно контролируя каждый участок тела погружающийся в металл. Нужно было ещё оставить твердые участки тела для отталкивания от пола. Через метровый монолит я бы так просто не проскочила. А тут, вначале неуверенно, только пальчик погрузила в титан, пошёл как по маслу. Потом руку, голову и ногу. Когда начало входить тело я испугалась - а вдруг сейчас застряну. Но вот уже правая нога ступила на пол с наружной стороны моего саркофага, и левая смогла оторваться от пола и погрузиться в металл. Прошла как через желе, встречая только лёгкое сопротивление.