— Нет-нет, это их обряд — мужеложство, вернее, его часть… — начал пояснять чужак, но Свод, считая это неважным, остановил его.
— Важные детали, — с ухмылкой заметил он, — но зачем они мне?
— Вы же хотели знать, чего они от нас хотели? — Спросил узник. — Я и пытаюсь вам рассказать…
— Хорошо, что же дальше?
— Нас напоили какой-то гадостью, — продолжил незнакомец, — но, как видно, неверно рассчитали дозу. Я помню, как нас начали пытать, но у нас одеревенели языки, мы просто мычали в ответ. Тогда, ничего не добившись, они подвесили нас здесь вверх ногами. Думаю, для того, чтобы влитая в нас отрава поскорее вышла прочь. Будьте уверены, они все же нашли бы способ разговорить и меня, и беднягу Джона. А уж затем нас принесли бы в жертву. Мне известны их методы. Свидетелей они не оставляют.
Свод с сочувствием вздохнул, но произнес довольно жестко:
— Должен сказать, мистер, меня мало волнует ваша участь. Более того, вы оба для меня сейчас являетесь помехой. Однако я твердо уверен, что судьба никогда не сводит меня с кем-то случайно. Кто знает, — улыбнулся Ласт Пранк, — возможно, в этот раз ей просто было не угодно, чтобы вы оба стали жертвами мужеложства и прочих мучений. Как мне к вам обращаться?
Окончательно пришедший в себя, узник попытался встать:
— Меня зовут Томас, а моего компаньона Джон. Мы угодили сюда по неосторожности, но пришли в этот дом добровольно.
— Добровольно? Добровольно пошли на мужеложство?
— Нет, — пропуская мимо ушей издевку, продолжал узник, — нас сюда привели …некие археологические изыски. Мы с товарищем занимаемся поиском древних табличек.
— Оу! — вырвалось вдруг у пирата, и из его голоса исчезли саркастические нотки. — Я не ослышался – поиском табличек? Золотых?
— Золотых, — неохотно подтвердил узник, — но, уверяю вас, их научная, историческая и, наконец, оккультная ценность во много раз выше, нежели вес простого золота…
— Этого вы мне можете не рассказывать, — жестко остановил его Свод. — Я тоже пришел сюда за этими пластинами, и очень вам советую не переходить мне дорогу. Ситуация меняется, мистер Томас, — холодно продолжил Ричи, — выходит, мы конкуренты? А если так, то вы должны понимать, что проиграете мне в любом случае.
Говорите, что вам известно об этих дощечках и где их искать? В противном случае, я сначала приколю, как больную собаку, вашего компаньона, а после возьмусь и за вас.
Узник повторно попытался встать, но у него снова ничего не получилось.
— Ну же, — поторапливал его странный спаситель, — стоит ли упираться? У вас нет шансов.
— Похоже, их действительно нет, — тяжело выдохнул тот, и только теперь встретился взглядом с человеком, допрашивающим его. — Глядя на вас, я предполагаю, что эти золотые пластинки, их великую мудрость и величайшую тайну, ждет невеселая судьба. Они погибнут, пойдут на монеты…
— Ошибаетесь, — прервал его стоны Ласт Панк, — моя задача вернуть их туда, откуда они были похищены. Я отдам их хозяевам.
— Что вы! — с сожалением заметил узник. — Их хозяева давно мертвы.
— О нет, мистер Томас, — весело ответил Свод и вспомнил волшебного пастушка у литовской дороги, — эти «хозяева» еще переживут всех нас. Вас они переживут точно, особенно если вы сейчас же не скажете, где находятся эти пластинки!
В этот момент Ричи почувствовал, как Казик, до того остававшийся безучастным к происходящему, легонько коснулся его плеча.
— Пан Свод, — прошептал он, — чуй? — И поднял указательный палец кверху.
Ласт Пранк тут же ясно различил в тишине глухой женский плач.
— Вы слышите? — спросил Ричи узника, который в это время помогал приходящему в себя товарищу. Второй пленник Сэквелла уже открыл глаза и с нескрываемым ужасом смотрел на вооруженного Свода.
— Слышу? — не понял вначале Томас. — А, — наконец догадался он, — голос? Женский плач?
— Да, — подтвердил пират, — нам это не мерещится?
— К сожалению, нет, — успокаивая жестом товарища, произнес узник, — когда вокруг тихо, ее вой просто сводит с ума. А еще чей-то стон. Не пугайтесь, ради бога, это живые люди. Позади вашего друга в стенной нише заложена живая женщина. Это в обычаях всех этих «Белых фартуков»: замуровывать живьем людей, проводить сатанинские обряды и лить кровь на свои черные алтари…