Свод повернулся к стене, на которую указал узник.
— Зачем они это делают? — растерянно спросил он.
— Зачем? — криво улыбнулся в ответ Томас. — Мы с Джоном знаем зачем, однако вы же сами сказали, что у вас мало времени.
— Мало, — подтвердил Ричи, пытаясь вклинить рапиру между камнями свежей кладки, — но что-то мне подсказывает, что сегодня судьба не перестанет снабжать меня попутными задачами. Казык, памагал мне… — приказал пан Свод, и литвин, понимая, что от него требуется, вставил факел в щель между камнями и, высвободив из ножен свой клинок, так же, как и пан Рычы, принялся разрушать стену.
Повозиться пришлось порядком. Однако спустя какое-то время мистер Томас и его товарищ смогли подняться и присоединиться к своим спасителям. После чудесного избавления от оков они считали своим долгом стать сопричастными к чуду спасения кого-то еще.
Когда свежезаложенная ниша была разрушена наполовину, мистер Томас снял со стены факел Казика и посветил в образовавшийся пролом…
[1] «Так нет, — сокрушался Шыски, — куда там! Надо в кладке, как в каменных воротах, выводить огромную арку, как будто там проход есть, или какая-то каморка была, словно что-то там закладывали» (бел.).
Часть 3 Глава 5
Глава 5
Лежавшая на полу девушка жмурилась от лившегося в нишу света, отворачивала голову и продолжала бессвязно стонать и всхлипывать. Мужчины быстро доломали лаз и ввалились в каменную могилу. Отомкнув кованые скобы на ее запястьях, Свод и Казик вынесли на руках вялое и холодное тело несчастной жертвы.
Она была совсем еще молода. Безформенное одеяние, разрисованное на груди сатанинскими знаками, в своей верхней части было влажным от слез, отчего казалось, что лучи перевернутой пятиконечной звезды дымились, словно в аду.
— Кто ты, дитя мое? — участливо спросил Томас, освобождая лицо юной леди от прилипших к нему волос. — Как ты тут оказалась?
— Вы? Вы не они? — снова безсвязно произнесла та в ответ сорванным голосом, безпрестанно всхлипывая.
— Они? О, я понимаю о ком вы. «Они» наши враги, — поспешил успокоить ее Мор. — Как ваше имя, мисс?
— Алиса, — выдохнула она, — Алиса Кресакр. Они у-убили всю мою семью, отняли землю, — девушка потянула к лицу непослушные руки и прижала их к щекам. — Мой отец… он случайно провалился в нашем сарае. Там был подземный ход. Отец испугался, не знал, что делать. Мы бедные люди… Он побежал к судье Уинсли и рассказал ему… — Мор и его товарищ многозначительно переглянулись. — Судья был очень добр, сказал не соваться туда, сказал, что сам разберется и поможет деньгами. Надо же было починить сарай… — девушка разрыдалась.
Молча суровые мужчины ждали, когда она выплачет до конца весь свой ужас и поверит, что спасена…
Через несколько секунд девушка, с глазами все еще полными страха, стала рассказывать дальше:
— Судья не успел помочь. Ночью к нам пришли эти люди! Отцу показали бумаги. Там было написано, что он как будто сам отказывался от земли и дома! Папа стал шуметь, хотел выгнать со двора этих разбойников, но его убили. — Она обвела присутствующих взглядом, полным боли. — Их всех убили: мою мать, моих сестер и брата. Меня оставили. Связали, выволокли во двор, а наш дом с телами моих… подожгли.
Алиса спрятала лицо за мокрыми от слез волосами, а мужчины продолжали молча и с сожалением смотреть на нее.
— Но постойте, — проявил, наконец, себя тот из узников, которого звали Джон, — ведь мы слышали еще чьи-то стоны? В этой нише никого больше нет.
— Это рядом, — девушка подняла голову, — там заложили какого-то большого парня.
— Это Бео! — вскочил Томас.
Мужчины бросились к соседней нише и тут же принялись выковыривать из нее уже успевшие схватиться раствором камни. Девушка неожиданно поднялась и, подойдя ближе, неуверенно произнесла:
— Попробуйте там, — и она указала на нишу, из которой ее только что освободили. — Когда нас с ним затащили сюда и опоили какой-то гадостью, первой приковали и заложили камнем меня, а потом я услышала, что в соседнюю комнату начали затаскивать того великана. Я смотрела на стену, которая между нами. У меня ведь было темно. Сначала я думала, что мне это кажется, а потом я на самом деле заметила – через разделявшую нас стену были видны блики света…